начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта

 

---

Том 3/N 12/2001

ТУБЕРКУЛЕЗ ЛЕГКИХ

---

Этиотропное лечение туберкулеза при лекарственной устойчивости M.tuberculosis: взгляды и рекомендации международных организаций

---

С.Е.Борисов, Г.Б.Соколова

НИИ фтизиопульмонологии Московской медицинской академии им. И.М.Сеченова

---

Лекарственная устойчивость – это природная или приобретенная способность возбудителя болезни сохранять жизнедеятельность при воздействии на него лекарственных средств. Она определяется как снижение чувствительности до такой степени, что данный штамм микроорганизмов способен размножаться при воздействии на него препарата в критической или более высокой концентрации. Развитие у микроорганизмов устойчивости к используемым для борьбы с ними препаратам является одним из проявлений фундаментального биологического свойства всех живых организмов – приспособляемости к изменениям условий внешней среды. Данное явление было описано вскоре после появления первых антибактериальных лекарственных средств, оно достаточно детально исследовано теоретически и экспериментально и хорошо известно всем практикующим врачам.
   В настоящее время лекарственная устойчивость возбудителей туберкулеза заняла одно из ведущих мест в международных исследованиях, посвященных борьбе с этим заболеванием и широко освещается не только в специальной литературе, но и в средствах массовой информации.
   Ситуация, складывающаяся вокруг туберкулеза, вызванного лекарственно-устойчивыми возбудителями, требует дополнительных объяснений. Никого из терапевтов, хирургов, гинекологов, врачей общей практики не удивляет ежегодное расширение ассортимента антибиотиков, появление не просто новых производных, но и новых групп антибактериальных средств. Все прекрасно понимают, что причиной этого является не только стремление получить более легко переносимые больными и удобные в применении средства, но в первую очередь – постоянное “совершенствование” микроорганизмов, теряющих чувствительность к прежде безотказно действующим средствам. Поэтому напряженность дискуссий о лекарственно-устойчивом туберкулезе не знакомому с развитием фтизиатрии в России и за рубежом врачу может показаться исключительной и потребовать некоторых дополнительных объяснений.
   Точка зрения отечественных фтизиатров на проблемы лекарственно-устойчивого туберкулеза была неоднократно представлена в медицинских изданиях, в том числе и в Consilium Medicum (2001; 3 (3): 148–54). Настоящая статья посвящена, в большей степени, изложению взглядов, распространенных среди международных экспертов и организаций, участвующих в проведении противотуберкулезных мероприятий в России, хотя, естественно, на создание исчерпывающей картины состояния проблемы журнальная статья претендовать не может.

Развитие представлений о борьбе с туберкулезов во второй половине ХХ века
   Улучшение условий жизни большинства населения в Европе и Северной Америке и появление противотуберкулезных препаратов (ПТП) в первые десятилетия после Второй мировой войны породили довольно благодушное отношение к проблеме туберкулеза у мировой медицинской общественности (состоящей, кстати, в основном как раз из представителей развитых стран). Казалось, что проблема туберкулеза уйдет в прошлое сама собой. На второй план отступили целенаправленные профилактические мероприятия, организация лечения больных перестала быть предметом особого попечения общества, туберкулез был вытеснен из числа приоритетов общественного здравоохранения и внутренней государственной политики.
   Однако ожидаемого изживания туберкулеза как проблемы здравоохранения в мировом масштабе не произошло. В 1993 г. ВОЗ была вынуждена объявить о туберкулезе как о сохраняющейся глобальной угрозе для человечества [1]. Как средство ее преодоления была предложена достаточно простая и, в принципе, здравая стратегия DOTS [1–4, 12], имеющая выраженный эпидемиологический, а не клинический характер, которая вернула противотуберкулезным мероприятиям значение государственных.

   Стандартные 6- и 8-месячные схемы лечения с использованием пяти основных ПТП (изониазид – H, рифампицин – R, пиразинамид – Z, этамбутол – E и стрептомицин – S) [1, 5], доказавшие свою высокую эффективность в странах Африки и Азии, где до этого вообще не проводилось никаких противотуберкулезных мероприятий либо практиковалось наиболее дешевое лечение (например, H + тиоацетазон или S на 12–16 мес), были восприняты как долгожданная панацея. Вновь в западном медицинском сообществе стало завоевывать господствующее положение мнение о том, что туберкулез может быть легко и быстро, а главное – без особых затрат ликвидирован в масштабах всей планеты.
   Простейшие технические мероприятия, осуществляемые низкоквалифицированным местным персоналом под контролем опытных западных инструкторов должны были быстро решить проблему туберкулеза в развивающихся странах. Все клинические проблемы исчезали как по мановению волшебной палочки. “Больному вскоре стало лучше, он завершил лечение и выздоровел” – эти строки из руководства опытнейшего клинициста Дж.Крофтона [6] могут служить лозунгом нового подхода к туберкулезу.
Таблица 2. Стоимость суточной дозы резервных противотуберкулезных препаратов (в долларах США) данные ВОЗ на начало 1999 г. [8]

   Туберкулез потерял ореол грозной болезни, жестоко указывающей на социальное и экономическое неблагополучие общества. Многократно повторялось, что туберкулез – это лишь одно из многочисленных инфекционных заболеваний и никаких мероприятий для его контроля, кроме быстрого пресечения передачи возбудителя от больного к здоровым, не требуется. Более того, прекращение бактериовыделения было отождествлено с излечением от туберкулеза, хотя подобный подход не практикуется ни при одной из инфекционных болезней (например, больной корью считается больным до тех пор, пока не исчезнут клинические проявления заболевания, а не только лишь до того момента, когда он перестанет быть опасным для окружающих).
   Произошло стремительное упрощение проблемы туберкулеза, лечение которого было низведено до уровня даже не медицинской сестры, а до не имеющих медицинского образования “работников здравоохранения”. Ненужным представлялось наблюдение за больными после проведения 6–8-месячного курса лечения, нелепым анахронизмом выглядели меры по профилактике туберкулеза, успех лечения казался никак не связанным с социальным положением больного и уровнем развития общества. Контроль состояния сопутствующих и фоновых заболеваний, предотвращение и купирование побочного действия ПТП рассматривались как избыточная и экономически необоснованная деятельность.
   Однако планы быстрого искоренения туберкулеза на основании пассивного выявления бактериовыделителей и стандартных режимов этиотропного лечения с использованием пяти основных ПТП были разрушены при столкновении схематических представлений с реальной жизнью. Лекарственная устойчивость M.tuberculosis (МБТ), являющаяся по сути дела результатом деятельности человека и развивающаяся при неадекватной этиотропной терапии, обусловила неудачу ряда проектов по внедрению стратегии DOTS в странах бывшего СССР. Однако следует отметить, что с этой проблемой столкнулись и в Перу – стране, достигшей всех рекомендуемых ВОЗ ориентировочных показателей эффективности национальной противотуберкулезной программы [7].
   Крушение надежд на быстрое и дешевое решение проблемы борьбы с туберкулезом было воспринято частью мировой медицинской общественности крайне болезненно: казалось, что разразилась неслыханная катастрофа. При этом упускается из виду, что туберкулез был исконным спутником человечества и в настоящее время представляет не большую, но, к сожалению, и не меньшую угрозу человечеству, чем 60 лет назад, когда не был известен еще ни один лекарственный препарат, обладающий специфическим антимикобактериальным действием (т.е. 100% случаев туберкулеза были как бы лекарственно-устойчивыми).
   К чести ВОЗ и многих авторитетных западных специалистов, помимо пропагандистских актов и компании в средствах массовой информации были приняты и реальные меры по реформированию стратегии и тактики борьбы с туберкулезом. В 1999 г. ВОЗ создала Рабочую группу по разработке стратегии лечения туберкулеза, вызванного возбудителем с множественной лекарственной устойчивостью (МЛУ). Значительно дополненная и преобразованная стратегия DOTS, включающая комплекс мероприятий по предотвращению распространения лекарственно-устойчивого туберкулеза получила условное наименование “DOTS-plus” [8, 9]. Закрепленные в ней новые подходы к проблеме вернули туберкулезу значение комплексной и разносторонней клинической и социальной проблемы в полном смысле слова.
   В частности, было решительно заявлено, что выделение культуры возбудителя туберкулеза все же является необходимым и важнейшим мероприятием при диагностике и определении тактики ведения больных туберкулезом. Возродился интерес к давно известным, но одно время практически вытесненным из мировой практики ПТП (ПАСК, циклосерин, этионамид и протионамид), оживился поиск новых противотуберкулезных средств. Необходимость использования довольно токсичных ПТП так называемого резервного ряда и неизбежность увеличения длительности курса лечения заставили вернуться к тщательному клиническому обследованию больных перед началом лечения, к слежению за развитием нежелательных эффектов лечения и своевременному их купированию. Из пережитка “доантибактериальной эры” хирургическое лечение вновь превратилось в важный элемент лечения больных туберкулезом.
   Российская фтизиатрия не испытывает необходимости в резком изменении стратегии и тактики противотуберкулезных мероприятий. Отношение к туберкулезу как к проблеме государства и общества с одной стороны, и как к сложной медико-биологической и клинической проблеме – с другой, было сохранено подавляющим большинством российских фтизиатров и организаторов здравоохранения, несмотря на все испытания последнего десятилетия XX века. В принципах стратегии DOTS легко узнать все основные принципы организации выявления и лечения больных туберкулезом, разработанные отечественной школой фтизиатров. В то же время было бы огромной ошибкой сохранение изоляционистской позиции и отказ от освоения международного опыта борьбы с туберкулезом. Серьезность ситуации с лекарственно-устойчивым туберкулезом в России, несмотря на отсутствие репрезентативных общенациональных статистических данных, общепризнана. Это требует от государства и органов здравоохранения срочной разработки и обеспечения действенных мер по борьбе с лекарственно-устойчивым туберкулезом с максимальным использованием при этом международного опыта.   
Определение основных понятий
   Приобретенная лекарственная устойчивость (резистентность): устойчивость возбудителя инфекционного заболевания к лекарственным средствам, развивающаяся в процессе лечения. В соответствии с рекомендациями ВОЗ при туберкулезе к ней принято относить все случаи лекарственной устойчивости возбудителя к ПТП, выявляемые у больных, ранее лечившихся в течение более 1 мес.
   Первичная лекарственная устойчивость (резистентность): устойчивость возбудителя инфекционного заболевания к лекарственным средствам, которые больной ранее не получал. В соответствии с рекомендациями ВОЗ при туберкулезе к ней принято относить все случаи лекарственной устойчивости возбудителя к ПТП, выявляемые у больных, которые, как подтверждено документально или на основе непосредственного опроса, ранее по поводу туберкулеза не лечились или лечились менее 1 мес.
   Перекрестная лекарственная устойчивость (резистентность): одновременное наличие лекарственной устойчивости микроорганизма к группе антибактериальных препаратов сходной (подобной) химической структуры.
   Множественная лекарственная устойчивость [резистентность] (МЛУ): устойчивость M.tuberculosis одновременно к изониазиду и рифампицину, вне зависимости от устойчивости к остальным противотуберкулезным препаратам; термин подчеркивает, что наличие устойчивости возбудителя к двум наиболее эффективным ПТП требует особых подходов к лечению, заметно увеличивает его стоимость и длительность.
   Лекарственная полирезистентность: устойчивость к двум ПТП и более, кроме случая одновременной устойчивости к рифампицину и изониазиду.
   ПТП первого (основного) ряда: препараты, включенные в стандартные режимы лечения туберкулеза, рекомендуемые ВОЗ в рамках стратегии DOTS – изониазид, рифампицин, пиразинамид, этамбутол, стрептомицин. Следует отличать это понятие от ранее используемого в отечественной и зарубежной литературе деления ПТП на два ряда: основные (изониазид, рифампицин, стрептомицин, ПАСК) и резервные (все остальные).
   ПТП второго ряда (резервные): препараты, рекомендуемые ВОЗ к использованию только при наличии устойчивости возбудителя к препаратам первого ряда, применение которых является основой стратегии DOTS+.
   ПТП третьего ряда: в некоторых зарубежных публикациях так именуются препараты, обладающие противотуберкулезной активностью, но еще не определенные как противотуберкулезные и применение которых не регламентировано ВОЗ; к их числу относят, например, кларитромицин, клофазимин, амоксиклав. Иногда они именуются также альтернативными препаратами.
   Запись режимов этиотропной химиотреапии туберкулеза осуществляется с помощью сокращенных наименований ПТП (табл. 1), фазы (этапы) терапии разделяются косой чертой (/), число стоящее перед перечнем препаратов обозначает длительность лечения в месяцах.    
Препараты, предлагаемые для лечения  туберкулеза, вызванного лекарственно-устойчивыми микробактериями
   Для лечения лекарственно-устойчивого туберкулеза отечественными и зарубежными источниками предлагается использовать достаточно широкий спектр антибактериальных агентов (см. табл. 1). Некоторые из них давно известны и всегда использовались исключительно как противотуберкулезные средства (ПАСК, циклосерин), некоторые обладают широким спектром антибактериальной активности и уже нашли применение в практике для лечения различных инфекций (фторхинолоны, макролиды, бета-лактамы), а противотуберкулезное действие некоторых еще подлежит тщательной клинической проверке (клофазимин).
   Следует отметить, что все эти препараты в настоящее время имеют на порядок более высокую стоимость, чем препараты основного ряда (табл. 2). Это связано не столько со сложностью их производства, сколько с нежеланием фармацевтических фирм до последнего времени расширять их производство без гарантий широкого сбыта, аналогичным имеющимся для основных препаратов. Данная проблема не оставлена без внимания международными организациями, и над проблемой обеспечения доступности высококачественных препаратов резервного ряда работает ВОЗ и созданный при ее участии рядом международных неправительственных организаций так называемый Комитет “зеленого света” (Grin-light Committee) [9].
   Вопрос о синтезе принципиально новых ПТП активно обсуждается и в России, и за рубежом, однако успешному разрешению проблемы препятствует высокая стоимость разработки, доклинических и клинических испытаний новых лекарственных средств. По официальным данным [4], затраты на разработку и внедрение в производство нового противотуберкулезного лекарственного средства составят (с учетом затрат на неудачные попытки) от 115 до 240 млн долларов США, а на клинические испытания (что потребует от 7 до 10 лет) – 26,6 млн долларов. Оговаривается, правда, что если клинические испытания проводить в развивающихся странах, то потребуется “всего” 9,9 млн долларов... Естественно, что в условиях, когда не исчерпаны возможности сбыта уже известных ПТП, предложения о создании новых, пусть даже более эффективных и менее токсичных препаратов, энтузиазма у фармацевтических фирм не вызывают.
   Следует упомянуть, что в России для каждого ПТП регламентированы максимальные (непрерывные) сроки продолжительности лечения, которым противоречат некоторые международные рекомендации. В частности, для этионамида (протионамида) этот срок составляет 6 мес, канамицина – 3 мес, капреомицина – 2 мес, циклосерина – 6 мес, ломефлоксацина – 3 мес, рифабутина – 9 мес. При возникновении осложнений медикаментозной терапии при превышении сроков регламентированного максимально допустимого лечения юридическая ответственность ляжет на лечащего врача и администрацию лечебного учреждения.   
Режимы этиотропной химиотерапии туберкулеза, вызванного лекарственно-устойчивыми МБТ
   В настоящее время отечественными и зарубежными исследователями предложено значительное число различных режимов этиотропной химиотерапии больных лекарственно-устойчивым туберкулезом. Однако перечень требующих безотлагательного решения проблем все еще достаточно велик. Пока нет бесспорных доказательств преимуществ тех или иных ПТП и, тем более, их сочетаний, нет сравнения эффективности различных по длительности курсов лечения. Не установлено, в какой степени результаты микробиологического исследования отражают истинный состав микобактериальной популяции в организме больного. Остается открытым вопрос и о том, насколько адекватно применяемые методы исследования лекарственной чувствительности отражают истинное состояние дел. Даже унификация методов исследования чувствительности МБТ к препаратам резервного ряда – это задача, которую только предстоит решить.
   Поэтому мы считаем необходимым подчеркнуть, что все предлагаемые в настоящее время схемы лечения больных лекарственно-устойчивым туберкулезом носят более или менее эмпирический характер. Во многих странах мира, включая и Россию, с участием международных организаций реализуются весьма отличающиеся друг от друга экспериментальные проекты, окончательная оценка состоятельности которых может быть дана только в будущем.    
Предложения международных организаций
   Из всех предложенных и применяемых в мире схем лечения больных с лекарственно-устойчивым туберкулезом мы считаем возможным остановиться на тех, которые испытываются с участием международных организаций в России либо представляют (как две перуанских программы) принципиально различные подходы к формированию режимов лечения. Все экспериментальные проекты, естественно, корректируются в ходе выполнения, поэтому сведения о программах лечения приведены на основании издания ВОЗ [10], содержащего, кстати, примечание о том, что схемы эти не являются официальными рекомендациями ВОЗ. Об эффективности же приведенных ниже подходов к лечению можно будет судить только после опубликования официальных отчетов о завершенных экспериментах.   
   Программа лечения больных с МЛУ, разработанная Гарвардской медицинской школой и организацией “Партнерство во имя здоровья” (Harvard Medical School & Partners in Health)
   Программа реализуется в трех районах мегаполиса Лима (Перу) и заключается в проведении индивидуализированных режимов лечения (ИРЛ), которые основаны на:
   – применении по меньшей мере 4 (а в некоторых случаях до 8) ПТП, к которым у выделяемых больными штаммов МБТ сохранилась чувствительность;
   – назначении предельно допустимых доз ПТП;
   – длительном (от 18 до 24 мес) лечении.
   Вначале больные получают эмпирическое лечение, а затем режим корректируется на основании поступающих результатов исследования лекарственной чувствительности МБТ, проводимого в референс-лаборатории (Бостон, США).
   Каждый ИРЛ включает парентерально вводимый ПТП, назначаемый по крайней мере в течение 6 мес последовательно, до тех пор, пока не будет документально подтверждено прекращение бактериовыделения результатами исследования мазка и посева мокроты. Решение о прекращении лечения (его достаточной длительности) основывается на клинических, рентгенологических и лабораторных данных.
   Эмпирическая часть курса лечения
   Эта часть весьма ответственна, поскольку при неправильном подборе ПТП лекарственная устойчивости может усугубиться. На эмпирическом этапе в режим включается по крайней мере 4 (но можно и до 8) препаратов, включая 1, вводимый парентерально, к которым ожидается сохранение чувствительности. Допускается включение в эмпирический режим изониазида и рифампицина, но только в добавление по меньшей мере к 4 другим ПТП и до тех пор, пока отсутствуют доказательства устойчивости к ним МБТ.
   Устойчивость к ПТП предполагается, если больной получал ранее данный препарат или имел продолжительный близкий контакт с больным, достоверно выделявшим устойчивые к данному препарату МБТ.
   При различиях в результатах исследований лекарственной устойчивости МБТ в прошлом принято “ожидать худшего” и предполагать наличие лекарственной устойчивости, даже если устойчивость была обнаружена только однажды и только у одного выделенного штамма. При разногласиях между результатами исследований в различных лабораториях ориентируются на более опытную, наиболее достоверными считаются результаты референс-лаборатории.
   Если больной получал лечение уже после того, как лекарственная чувствительность МБТ была определена, то предполагается приобретение дальнейшей устойчивости к ПТП. Это требует перед началом лечения по ИРЛ проведения повторного исследования лекарственной чувствительности, а эмпирический режим до получения новых результатов исследования не должен базироваться на ПТП, к которым, предположительно, микобактерии могли приобрести устойчивость.
   В эмпирическом ИРЛ используются не только основные и резервные ПТП, но и иные препараты, активные в отношении МБТ: амоксициллин/клавулановая кислота, клофазимин и др.
   В наиболее сложных случаях, после того как все другие возможности лечения исчерпаны, допускается использование хирургических методов и одновременное назначение двух парентерально вводимых ПТП.
   Лечение после получения результатов исследования лекарственной чувствительности МБТ
   Если выделенные МБТ чувствительны ко всем ПТП, то возобновляется обычное стандартное лечение в соответствии с принципами DOTS.
   Если выявлена МЛУ, то режим лечения должен быть пересмотрен: исключены те препараты, устойчивость к которым установлена, а те ПТП, которые не были задействованы в режиме, но к которым сохранена чувствительность, включены. Таким образом, должно быть доказано, что ко всем используемым ПТП сохранена чувствительность.
   Мониторинг эффективности лечения осуществляется в тесной связи с лабораторией и включает:
   – ежемесячное микробиологическое исследование мокроты (мазок и посев);
   – ежемесячное определение массы тела больного;
   – рентгенографию грудной клетки каждые 6 мес;
   – постоянное слежение за развитием нежелательных эффектов лечения и их купирование;
   – исследование функции печени и почек, частота которых определяется в зависимости от того, какой ПТП используется, исходного состояния пациента, возраста и сопутствующих (фоновых) заболеваний.
   Дальнейшие изменения режима лечения
   Парентерально вводимый ПТП должен быть отменен не раньше чем через 6 мес после прекращения выделения МБТ (по мазку и посеву). Если через 6 мес лечения сохраняются признаки активности туберкулеза и положительные результаты исследования мокроты на МБТ, то делается заключение о неэффективности лечения, причины которой тщательно оцениваются, в первую очередь исключается возможное несоблюдение принципа лечения под непосредственным наблюдением.   
   Режим лечения больных с МЛУ в рамках Национальной программы борьбы с туберкулезом Республики Перу
   Используется стандартный курс лечения, назначаемый всем больным, у которых был неэффективен курс повторного лечения (категория II по DOTS), т.е. два курса лечения (первичный и повторный были неудачны). Исследование лекарственной чувствительности выделяемых больными МБТ не производится. Лечение является обязательным и бесплатным.
   Стандартный курс лечения: 3 К Fq Et Z E / 15 Fq K Et Z E, с ежедневным, 6 дней в неделю, приемом ПТП; из фторхинолонов используется ципрофлоксацин.
   Предусмотрен строгий контроль за нежелательными эффектами лечения. Мониторинг эффективности: ежемесячное микробиологическое исследование мокроты (мазок и посев), каждые 3 мес – рентгенограмма грудной клетки.   
   Режимы, разработанные Центром по контролю и профилактике заболеваний (CDC&P, Атланта, США) для реализации в Ивановской области (Россия)
   Исходя из исследований лекарственной чувствительности МБТ в регионе основное значение в данных режимах придается фторхинолонам (предпочтение отдается офлоксацину), капреомицину, циклосерину, поскольку лекарственной устойчивости к ним у больных в Ивановской области выявлено не было.
   Проводится идея стандартного начального режима для туберкулеза с МЛУ: Cap Fq Cs E Z Et, поскольку, по расчетам авторов, 90% штаммов МБТ будут устойчивы по меньшей мере к двум ПТП.
   Лечение после получения результатов исследования лекарственной чувствительности МБТ
   Модификация режима лечения возможна после исследования лекарственной чувствительности и исходя из стоимости лечения. Предлагаются следующие алгоритмы действий:
   – если дважды подтверждена чувствительность МБТ к канамицину или амикацину, то можно заместить ими капреомицин;
   – если дважды выявлена устойчивость МБТ к этионамиду (протионамиду) и/или фторхинолонам, то эти препараты исключаются;
   – при дважды отмеченной чувствительности к изониазиду и рифампицину эти препараты могут быть включены в режим;
   – если после установленной вначале МЛУ один тест на изониазид или рифампицин дает положительный, а другой – отрицательный результат, то или имеют место различные штаммы, или это ошибка (что более вероятно); при этом допускается добавление соответственно рифампицина или изониазида, но другие ПТП из режима не исключаются;
   – рифабутин добавляется, если к нему дважды отмечена чувствительность, но другие ПТП при этом не исключают.
   Режимы, разработанные Нью-Йоркским институтом общественного здравоохранения (Public Health Research Institute), организацией МЕРЛИН (Medical Emergency Relief International) и Алабамским университетом (University of Alabama-Birmingham, USA) для реализации в Томской области (Россия)
   На основании исследования лекарственной чувствительности штаммов МБТ, выделенных у 102 больных, находившихся в пенитенциарных учреждениях области в 1998 г. (было выделено 12 вариантов лекарственной устойчивости МБТ к 1–5 ПТП), предложены режимы лечения больных лекарственно-устойчивым туберкулезом, основанные как на эмпирическом подходе, так и на результатах микробиологического исследования.
   Эмпирический режим
   Для больных с высоким риском МЛУ (новые случаи заболевания туберкулезом, выявленные в местах заключения, с обнаружением в мазке мокроты кислотоустойчивых бактерий и/или при наличии полостей распада; новые случаи заболевания туберкулезом в гражданском секторе при известном контакте с больными с МЛУ, бывшими в заключении, а также все случаи повторного лечения в связи с рецидивом заболевания или неэффективность первого курса при отсутствии сведений о лекарственной чувствительности возбудителя) предложено проведение лечения по схеме: H R E Z Cap Fq ± PAS.
   ПАСК, если он доступен, рекомендуется добавлять, если в течение 6 мес перед выявлением туберкулеза больной получал фторхинолоны (т.е. есть риск развития к ним устойчивости).
   После того, как получены результаты исследования лекарственной чувствительности МБТ, производится коррекция режима.
   Режим лечения больных с достоверно установленной МЛУ
   В качестве основных ПТП рассматриваются этамбутол, пиразинамид, фторхинолоны (в проекте используется офлоксацин), капреомицин; к препаратам выбора отнесены этионамид (протионамид), циклосерин и ПАСК. Предлагается следующая схема лечения:
   6 E Fq Z Cap + [Et или PAS или Cs] / 12 E Fq [Et или PAS или Cs].
   Основным принципом режима является назначение в интенсивную фазу 5 ПТП, к которым сохранена лекарственная чувствительность МБТ; если это недостижимо, то решение о схеме лечения принимается строго индивидуально и ex consilio. Если имеется устойчивость к этамбутолу, то вместо него добавляются два из препаратов выбора (приоритетность их назначения: Et – PAS – Cs). Пиразинамид не должен использоваться, если устойчивость к нему подтверждена лабораторными методами.
   Парентеральное введение капреомицина должно длиться не менее 6 мес, а при необходимости – и дольше. Такая тактика рекомендуется, например, если к 3-му месяцу лечения не достигнуто исчезновение МБТ в посеве мокроты.
   Программа предусматривает тщательный клинический и лабораторный мониторинг эффективности лечения и нежелательных побочных эффектов противотуберкулезной терапии.
   Особенностью программы является предусмотренные 4 варианта режимов повторного лечения (в пределах категории II по DOTS) при наличии лекарственной устойчивости по отдельности к изониазиду или изониазиду в сочетании со стрептомицином (2 R E Z/ 7 R E), изониазиду, стрептомицину и этамбутолу (2 R Fq Z Cap/ 7 R Fq Z), рифампицину изолированно или в сочетании со стрептомицином (3 H Fq E Z Cap/ 15 H E) и рифампицину в сочетании с этамбутолом (3 H Fq Z Cap / 12 H Fq). Однако остается спорным, насколько подобная детализация может соблюдена в реальных условиях, у больных с отягощенным анамнезом и сопутствующими заболеваниями, тем более что в тексте проекта предусмотрена возможная коррекция лечения в зависимости от переносимости лечения.    
Заключение
   Определение оптимальной тактики ведения больных с лекарственно-устойчивым туберкулезом является сложнейшей задачей современной фтизиатрии. Обилие предлагаемых вариантов режимов лечения – наилучшее доказательство отсутствия явных преимуществ какого-либо одного из них. Представляется, что назрела необходимость проведения рандомизированных много центровых проспективных исследований различных режимов этиотропной терапии туберкулеза с оценкой не только непосредственных, но и более отдаленных результатов лечения. Только на основании подобных исследований можно разработать научнообоснованные с позиции доказательной медицины режимы лечения туберкулеза с использованием резервных ПТП.    
Литература
1. Tuberculosis Handbook. Geneva, WHO. 1998; p. 222. WHO/TB/98.253.
2. Treatment of Tuberculosis: Guidelines for National Programmes. 2nd Ed. Geneva, WHO. 1997; P. 78. WHO/TB/97.220.
3. What is DOTS? Geneva, WHO. 1999; p. 40. WHO/CDS/CPC/TB/99.270.
4. Executive summary for the economics of TB drug Development. The Global Alliance for TB Drug Development. October 2001; p. 32.
5. Tuberculosis/ ed. by R.Wilson: The European Resp. Monograph. V. 2, Monogr. 4. July 1997; p. 354.
6. Крофтон Дж., Хорн Н., Миллер Ф. Клиника туберкулеза. (Пер. с англ.) М.: Медицина, 1996; c. 200.
7. The Global Impact of Drug-Resistant Tuberculosis.- Boston, Harvard Medical School, Open Society Institute. 1999; p. 258.
8. Coordination of DOTS-plus Pilot Projects for the Management of MDR-TB. Geneva, WHO. 1999; p. 16. WHO/CDS/CPS/TB/99.262.
9. Guidelines for the Management of Drug-Resistant Tuberculosis. Geneva, WHO. 1997; 48. WHO/TB/96.210 (Rev.1).
10. Guidelines for Establishing DOTS-PLUS Pilot Projects for the Management of Multidrug-Resistant Tuberculosis (MDR-TB). Geneva, WHO. 2000; p. 96. WHO/CDS/TB/2000.279.
11. Reider H.L. Epidemiologic Basis of Tuberculosis Control.- 1st Ed.- Int Union Against Tuberculosis and Lung Disease. Paris. 1999; p. 162.

/media/consilium/01_12/595.shtml :: Sunday, 24-Feb-2002 15:42:49 MSK

© Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster