| Том 06/N 1/2004 |
ГАСТРОЭНТЕРОЛОГИЯ |
Влияние на течение атопического дерматита у взрослых инфекции Helicobacter pylori и схемы ее эрадикации
Т.В.Соколова, И.И.Ахметов, Т.Я.Тарарак, И.Г.Пащенко
Кафедра дерматовенерологии ГИУВ МО РФ, Москва; Институт медицины и экологии Ульяновского ГУ
А
топический
дерматит (АД) является одной из актуальных
проблем здравоохранения. В мире им страдают
3–15% детей и 2–10% взрослых [1]. Мировой
показатель заболеваемости равен 15,0 на 1000
населения [2]. В России показатель впервые
установленного диагноза АД на 100 000
населения ежегодно достигает 240,0–250,0 [3]. На
долю АД приходится от 5 до 30% всех пациентов,
обращающихся к дерматологам, и около 30% – к
врачам общего профиля [4, 5], что делает его
существенной междисциплинарной проблемой.
В Ульяновске отмечается ежегодный рост
заболеваемости и распространенности АД, а
за последние 5 лет эти показатели выросли в
4,2 и 3,8 раза соответственно [6]. АД, впервые
выявленный в детстве, продолжает
персистировать у 45–60% взрослых пациентов [7]
и становится существенной проблемой для
взрослого поколения [8]. Инвалидизация
больных с АД составляет 8%. Расходы на
лечение больных с аллергическими
заболеваниями в России за последние 5 лет
возросли в 5 раз [8].
АД –
многофакторное заболевание,
характеризующееся аномальным IgE-ответом на
аллергены, наследственной
предрасположенностью, хроническим
рецидивирующим течением с возрастной
эволютивной динамикой клиники [9–11]. При
этом уделяется большое внимание различным
триггерным факторам, "запускающим"
иммунопатологический процесс в коже и "поддерживающим"
его хроническое течение. Это различные
бактериальные [12, 13], вирусные [14], грибковые
[15], кишечные инфекции [16], дисбиоз кишечника
[17] и многие другие. Для возникновения
сенсибилизации необходимо проникновение
аллергена через кожный и слизистый барьер.
Нарушение его целостности облегчает
процесс сенсибилизации и способствует
возникновению псевдоаллергических реакций
[18]. Многочисленные исследования последних
лет посвящены изучению патологии желудочно-кишечного
тракта (ЖКТ) при АД. Установлено, что
большинство больных имеют сопутствующие АД
гастриты, гастродуодениты [19–21], дисбиоз
кишечника [17, 22], патологию гепатобилиарной
системы [10], паразитарные инфекции ЖКТ [16].
Однако практически все исследования в
данном направлении выполнены у детей.
В последние годы
доказана роль в патогенезе
гастродуоденальной патологии
специфического микроорганизма – Helicobacter
pylori (НР) [23]. Его
обнаруживают в слизистой оболочке (СО)
желудка в 83–92% случаев [24, 25]. Механизмы
индуцирования воспалительного процесса
при инфицировании НР многообразны. Это
повреждающее действие самого возбудителя
на эпителиоциты и экспрессия факторов
хемотаксиса [26]. Выраженная местная и общая
иммунные реакции организма [27].
Гипергастриемия и воздействие соляной
кислоты на незащищенную муцином СО [28].
Утрата СО ЖКТ протективных свойств и
дефицит секреторного IgA способствуют ее
колонизации патогенной флорой, активному
поступлению в организм токсических веществ
и аллергенов, активации иммунокомпетентных
клеток и развитию хронического воспаления
[29, 30]. Доказана роль НР как триггерного
фактора АД у детей [20] и при атопическом
синдроме у взрослых [31]. С научной точки
зрения существенно установление частоты
встречаемости НР в конкретном
климатогеографическом регионе, в том числе
у больных АД. Особый интерес представляет
попытка установить взаимосвязь степени
тяжести АД, с одной стороны, и степени
обсемененности НР СО желудка – с другой.
Общеизвестно, что эрадикация НР с помощью
медикаментозных средств приводит к
исчезновению заболеваний, с ним
ассоциированных, в частности язвенной
болезни, хронических гастритов,
гастродуоденитов [24, 32, 33]. В связи с этим
актуально изучение эффективности
различных схем антигеликобактерной
терапии (АГБТ) при лечении больных АД как в
комплексе с традиционной терапией, так и
без нее.
Целью настоящего
исследования явилось изучение
особенностей клинического течения АД у
взрослых больных хроническим гастритом,
ассоциированным с НР, и оценка
эффективности различных схем АГБТ терапии
при АД.
Материал получен
при обследовании и лечении больных АД в
Областном клиническом КВД и Центральной
клинической МСЧ АО УАЗ Ульяновска.
Наблюдали 80 больных АД в возрасте от 18 до 47
лет (в среднем 23,6±4,1 года). Треть пациентов
выявлена районными военными
комиссариатами. Преобладали мужчины (61
человек) за счет лиц призывного возраста.
Давность заболевания практически у всех
больных соответствовала возрасту.
Наследственная предрасположенность к
аллергическим заболеваниям установлена
более чем у половины больных (56,2%), к
заболеваниям ЖКТ – у 40%, в обоих случаях –
чаще в первой линии родства. Существенно,
что геликобактерассоциированные
заболевания (гастриты, гастродуодениты,
язвенная болезнь) у родственников
составляли 81,3%, что косвенно может
указывать на внутрисемейный характер
инфицирования НР. Анализ амбулаторных карт
больных АД показал, что в детском возрасте
по сравнению со взрослыми чаще имелась
сопутствующая патология ЖКТ (в 5,6 раза). Это
может свидетельствовать о клинически
асимптомном ее течении у взрослых, что
подтверждено нашими дальнейшими
исследованиями и анализом литературы [25].
Контрольную
группу составили 25 больных хроническими
дерматозами неаллергического генеза –
псориаз (18), красный плоский лишай (3),
витилиго (4) – в возрасте от 18 до 45 лет (из них
мужчин 21 человек).
Выявлены
особенности течения гастрита у больных с АД.
Эндскопически поражение СО желудка
обнаружено практически у всех больных АД
(99%), луковицы двенадцатиперстной кишки (ДПК)
– у трети. Преобладал гастрит (две трети
больных), реже наблюдали гастродуоденит (треть).
Дуоденогастральный рефлюкс (14%) и бульбит (5%)
встречались редко. Антральный отдел
желудка был поражен у 90% больных, пангастрит
регистрировался редко (11%). Поражения СО
проявлялись выраженной гиперемией (99%) и
отеком складок дуоденума (33%). Деструктивные
изменения в виде мелкоточечных эрозий
практически отсутствовали (5%).
НР обнаружен в 88%
случаев. Преобладали средняя (54%) и слабая
(41%) степени обсемененности. Высокую
наблюдали у единичных больных (5%). Топически
НР у всех больных присутствовал в
антральном отделе желудка, у трети – также
и в его теле, и луковице ДПК. Инфицирование
последней происходило при средней степени
обсемененности СО желудка.
В соответствии с
Хьюстенской классификацией гастритов (2000 г.)
у взрослых больных АД преобладал
хронический гастрит, ассоциированный с НР
(82,5%). Рефлюксный гастрит и сочетание обоих
типов были редкими (8,7 и 5% соответственно).
Клинически гастриты у большей части
больных (78%) протекали бессимптомно.
Изучение секреции желудочного сока
показало, что при слабой степени
обсемененности НР одинаково часто
встречаются сохраненный и пониженный тип
секреции, при средней – практически всегда
имеет место повышенный тип (р<0,05).
Важно, что среди
больных контрольной группы (25 человек) с
хроническими дерматозами неаллергического
генеза эндоскопически клиническая картина
гастрита выявлена во всех случаях, но НР
обнаружен только в 5 (20%) случаях, чаще
наблюдали рефлюксный гастрит (28%). Можно
предположить, что при АД
сенсибилизированные с детства СО желудка и
ДПК создают благоприятные условия для
жизнедеятельности НР, что нарушает
процессы пищеварения и является
дополнительным фактором сенсибилизации.
Изучено состояния
СО желудка путем качественного анализа
биоптатов в сочетании с полуколичественным
методом оценки по визуально-аналоговой
шкале (M.Dixon и соавт., 1996). Гистологически
подтверждены данные ЭФГДС. Морфологически
показано, что у всех больных АД наблюдалась
картина ХПГ. Преобладала II степень
активности (41%), а I (30%) и III (29%) встречались
одинаково часто.
Морфологическая
картина ХПГ I степени активности была
представлена слабой степенью
дистрофических изменений покровного
эпителия, единичными лейкоцитами (до 5 в
поле зрения), лимфоидно-плазмацитарной
инфильтрацией только на уровне валиков и
желудочных ямок, единичными
межэпителиальными лимфоцитами; II – более
выраженной дистрофией покровного эпителия,
разрыхлением базальной мембраны, более
выраженной лейкоцитарной инфильтрацией (до
20), единичными "крипт-абсцессами",
распространением лимфидно-плазмоцитарной
инфильтрации вплоть до подслизистой основы,
появлением бокаловидных клеток на уровне
валиков и в ямках; III – обильной
лимфоцитарной инфильтрацией всей стромы СО
с образованием в глубоко лежащих слоях
фолликулов с реактивными центрами,
дальнейшим увеличением количества
лейкоцитов (более 20), множественными "крипт-абсцессами"
и большим количеством бокаловидных клеток,
местами замещающих эпителий желудочных
ямок.
Доказана
корреляция между степенью тяжести АД по
шкале SCORAD и степенью обсемененности СО
желудка НР (рис. 1). Как видно, при слабой
степени обсеменности СО желудка НР тяжесть
АД была минимальной и колебалась от 14,4 до 56,6
балла, составляя в среднем 27,1±4,5. При
средней степени обсемененности она
увеличивалась в 1,8 раза, составляя в среднем
47,4±11,8, при колебании от 27,6 до 82,5 балла. А при
высокой степени обсемененности она
возрастала еще в 1,2 раза, составляя в
среднем 57,8±10,4 балла. Отмечено, что с
нарастанием степени обсемененности СО
желудка НР изменяется и второй показатель,
характеризующий тяжесть течения АД.
Рецидивирующее течение АД
трансформировалось в непрерывное. У таких
больных практически отсутствовали
ремиссии. Так, от I до III степени обсеменения
СО желудка НР частота непрерывного течения
АД увеличивалась с 13,8 до 42,1 и 100%
соответственно. Существенно, что при
отсутствии НР тяжесть АД была всего 18,1±4,1
балла, колеблясь в пределах от 13,2 до 25,9, при
этом больные с непрерывным течением
заболевания отсутствовали.
Степень
обсемененности СО желудка НР коррелировала
также с активностью ХПГ (р<0,05). При слабой
степени обсемененности преобладал ХПГ I
степени активности (62%), при средней – III
степени (47,4%), а у всех пациентов с высокой
наблюдался ХПГ III степени. При отсутствии НР
имел место ХПГ I степени активности (60%), а
при II степени геликобактерному гастриту
всегда сопутствовал хронический
рефлюксный гастрит.
Преобладание у
больных АД хронического гастрита,
ассоциированного с НР (87,5%), выявленная
корреляция степени обсемененности СО
желудка со степенью тяжести АД по шкале SCORAD
и активностью ХПГ явились обоснованием для
включения в план лечебных мероприятий АГБТ.
Лечение геликобактериоза представляет
серьезную проблему. Для его лечения
используют средства, подавляющие
геликобактерную инфекцию, антисекреторные
препараты, гастроцитопротекторы и
комбинированные препараты. Первая группа
представлена антибиотиками (тетрациклина
гидрохлорид, флемоксина солютаб,
рокситромицин, кларитромицин, амоксициллин,
азитромицин, цефотаксим, канамицин,
гентамицин, хиконцил и др.), протистоцидными
средствами (метронидазол, трихопол,
тинидазол, тиберал), нитрофурановыми
препаратами (макмирор, фурадонин,
фуразолидон и др.). Антисекреторные
средства имеют различный механизм действия:
селективные М-холинолитики (гастроцепин), Н2-гистаминоблокаторы
(ранитидин, зантак, квамател, циметидин,
роксатидин), блокаторы протонной помпы (париет,
омепразол, пантопразол, лансопразол).
Гастроцитопротекторы либо образуют
защитные пленки (де-нол, трибимол, вентрисол
и др.), либо обладают обволакивающим и
вяжущим эффектом (препараты висмута –
коллоидный субцитрат висмута, галат
висмута, субсалицилат висмута).
Комбинированные препараты сочетают в себе
действие вышеуказанных средств (например,
гастростат).
В начале работы
(1997 г.) в соответствии с методическими
рекомендациями по лечению
геликобактериоза (1998 г.) и опытом работы
гастроэнтерологов [24] нами эмпирически
выбраны три схемы его лечения (рис. 2). Первую
схему лечения получили 26 больных, вторую –
22, третью – 22. Все препараты, кроме
тетрациклина (4 раза), назначали 2 раза в день.
Прием большинства препаратов, кроме
антисекреторных (до еды), больные
осуществляли после еды. Сопутствующий
дисбактериоз кишечника (52,5%), исключительно
I степени, не являлся противопоказанием для
антибиотикотерапии. Тетрациклин назначали
только при отсутствии дисбиоза. Больные
первых двух групп наряду с АГБТ получали
традиционные для АД препараты.
Контрольная
группа (25 больных) получала только
традиционную терапию, с частым
использованием наружных кортикостероидных
мазей. Контингент больных и их клиническая
характеристика в контрольной и трех
опытных группах были однородными.
Рис. 1 Корреляция между степенью тяжести
АД по шкале SCORAD и степенью обсемененности
СО желудка НР (р<0,05).

|
Рис. 2. Лечение АД на фоне хронического
гастрита, ассоциированного с НР.
Схема 1
Тетрациклина
гидрохлорид по 0,5 г 4 раза в день
Ранитидин по 150
мг 2 раза в день
Метронидазол
по 0,5 г 2 раза в день
Схема 2
Омепразол 20
мг 2 раза в день
Кларитромицин
250 мг 2 раза в день
Метронидазол
по 0,5 мг 2 раза в день
В обеих
группах наряду с антигеликобактерной
терапией
больные
получали традиционные при АД препараты:
•
антигистаминные (тавегил, супрастин,
фенкарол, диазолин
и др.);
• ферменты (фестал,
энзистал, мезим-форте);
•
десенсибилизирующие (тиосульфат
натрия, препараты
кальция);
• сорбенты (активированный
уголь, энтеросорб и др.).
Продолжительность
традиционной терапии составляла 7–14
дней.
Схема 3
Омепразол 20
мг 2 раза в день
Амоксициллин
по 1 г 2 раза в день
Метронидазол
по 0,5 мг 2 раза в день
В этом случае
традиционное лечение не назначали и
больные
получали
только антигеликобактерные препараты
в виде
монотерапии.
Длительность
курса при I степени обсеменения СО
желудка НР
составляла 7
дней, при II и III – 10 дней.
Больным всех
групп не назначали кортикостероидные
мази.
Наружная
терапия состояла во втирании в кожу
мази "Радевит"
или мази с АСД
ф-III. |
Эффективность АГБТ у взрослых больных АД
в процессе диспансерного наблюдения
|
Показатели эффективности
терапии |
Через 1 мес (n=70) |
Через 6 мес (n=66) |
Через 2 года (n=53) |
|
Выздоровление, % |
38,6 |
45,5 |
35,8 |
|
Значительное улучшение, % |
31,4 |
39,4 |
41,5 |
|
Улучшение, % |
24,4 |
9,1 |
7,5 |
|
Без эффекта, % |
2,8 |
3,0 |
3,8 |
|
Обострение от АГБТ, % |
2,8 |
3,0 |
3,8 |
|
Рецидив АД, % |
– |
– |
3,8 |
|
Обострение в процессе наблюдения, % |
– |
– |
3,8 |
|
Степень тяжести АД по шкале SCORAD, балл |
11,8±2,8 |
9,4±2,4 |
14,6±3,1 |
|
Число рецидивов в год |
0,7±0,1 |
0,5±0,1 |
0,9±0,2 |
|
Непрерывное течение заболевания,
% |
5,6 |
4,6 |
7,2 |
Рис. 3. Результаты эрадикации НР при
использовании трех схем АГБТ в терапии АД,
сочетающегося с хроническим гастритом,
ассоциированным с НР.

Этиотропное выздоровление в целом в
опытных группах составило 91%.
В случаях сохранения HP
после завершения АГБТ степень
обсемененности СО желудка и ДПК у всех
больных уменьшилась на 1–2 порядка.
Эффективность
АГБТ учитывали по нескольким показателям:
динамика клинических проявлений,
элиминация НР, разрешение ХПГ,
переносимость препаратов. Срок наблюдения
за больными колебался от 1,5 до 2,5 лет. Под
значительным улучшением подразумевалось
снижение тяжести АД по шкале SCORAD в 4 раза, а
числа рецидивов в год до одного, под
улучшением – в 2 раза и до 2 в год
соответственно.
Установлено, что
показатель клинического выздоровления в
трех опытных группах практически не
отличался и колебался от 36,4 до 40,9% (р>0,05), но
был в 2,5 раза выше, чем в контрольной (16%, р<0,05).
Значительное улучшение в опытных группах
наступило у 26,9 – 36,4% больных, улучшение – у
22,7 – 28%. Степень тяжести АД по шкале SCORAD
после проведенной терапии в опытных
группах снизилась в 2,6–2,9 раза (11,4±2,8 – 12,1±3,1
балла), достоверно (р<0,05) отличаясь от
таковой в контрольной группе (22,8±8,3).
Непрерывное течение заболевания (27,2–22,7%)
практически у всех больных перешло в
хроническое рецидивирующее, что не
свойственно контрольной группе. Суммарно
по всем опытным группам включение АГБТ
привело к выздоровлению 38,6% больных,
значительному улучшению – 31,4%, улучшению –
24,4%. Отсутствие эффекта и обострение
заболевания были в 2,8% случаев.
Прослежены
отдаленные результаты АГБТ у больных АД (см.
таблицу).
Из таблицы видно,
что после АГБТ процент выздоровления и
значительного улучшения состояния больных
АД в процессе диспансерного наблюдения
через 1, 6 и 24 мес колебался незначительно.
Это свидетельствует, что эрадикация НР
способствует стойкому терапевтическому
эффекту в отношении АД. Степень тяжести АД
по шкале SCORAD после проведенной терапии в
динамике уменьшилась в 2,8, 2,2 и 3,5 раза
соответственно по сравнению с таковой до
лечения (32,5±7,2 балла), число рецидивов в год
– в 3,9; 5,4 и 3 раза, а непрерывное течение АД в
практически у всех больных перешло в
рецидивирующее. Рецидивы АД и его
обострение спустя 2 года наблюдали после
АГБТ крайне редко, что, вероятно,
обусловлено реинвазией как внутри
семейного очага, так и во вне его.
Эрадикация НР
достигнута в 85–96% случаев (рис. 3). Наиболее
эффективной оказалась 3-я схема АГБТ в (96%),
на втором месте – 2-я схема (91%) и на третьем
– 1-я (86%). В случаях сохранения НР после
завершения АГБТ (9% больных) степень
обсемененности СО желудка уменьшалась на
1–2 порядка. Клинико-морфологическое
разрешение ХПГ после АГБТ наблюдали у 2/3
больных. При его сохранении (32,8%) степень
активности уменьшилась на 1–2 порядка, чем
до специфической терапии. Сюда вошли все
больные (10 человек) с сохранившимся НР.
Следует учесть,
что в России постоянно проводятся
многоцентровые исследования по изучению
эффективности комбинаций ряда препаратов
для лечения геликобактериоза [32, 34, 35].
Знание их необходимо для практикующего
врача, в том числе для дерматовенерологов. В
настоящее время предлагают использовать
следующие схемы АГБТ.
Комбинация 1
• Де-нол 240 мг 2
раза в день
• Фуразолидон 100
мг 2 раза в день
• Флемоксин
солютаб (амоксициллин) 1000 мг 2 раза в день
Продолжительность
курса 14 дней
Комбинация 2
• Де-нол 240 мг 2
раза в день
• Кларитромицин
250 мг 2 раза в день
• Флемоксин
солютаб (амоксициллин) 1000 мг 2 раза в день
Продолжительность
курса 14 дней
При использование
первой схемы эрадикация наступает в 86%
случаев, второй – в 93%.
Разработаны схемы
тройной терапии на основе де-нола:
Де-нол 240 мг 2
раза в день
Флемоксин солютаб
1000 мг 2 раза в день
Метронидазол (тинидазол)
0,5 мг 2 раза в день
Де-нол 240 мг 2 раза
в день
Флемоксин солютаб
1000 мг 2 раза в день
Кларитромицин 250
мг 2 раза в день
Де-нол 240 мг 2 раза
в день
Тетрациклина
гидрохлорид 0,5 г 4 раза в день
Фуразолидон 100 мг 2
раза в день
Эффективность
всех схем лечения достаточно высокая: от 81
до 93%. Нередко врачу приходится при
назначении той или иной схемы лечения
сталкиваться с материальным статусом
больного. Так, стоимость 14-дневного курса
лечения трех перечисленных выше схем
колеблется от 200 до 1500 руб. Тем не менее
следует одновременно учитывать
переносимость препаратов и возможные
осложнения, возникающие при их назначении.
Так, тетрациклин желательно назначать
после исследования кала на дисбактериоз,
при котором он противопоказан. А другая
сторона проблемы состоит в том, что его
коррекция после проведенной терапии опять
же связана с материальными затратами. При
назначении других комбинаций препаратов
дисбактериоз практически отсутствует.
Нередко для
лечения хронического гастрита,
ассоциированнолго с НР, широко используют и
схему квадротерапии, включающую четыре
препарата:
Де-нол 240 мг 2
раза в день
Омепразол 40 мг 1
раз в день
Флемоксин-солютаб
1000 мг 2 раза в день
Кларитромицин
или рокситромицин, или азитромицин 250 мг 2
раза в день
Подводя итог
изложенному, следует учесть, что НР
является существенным триггерным фактором
АД у взрослых. Его эрадикация приводит к
разрешению заболевания почти у трети
больных, улучшению состояния у остальных
пациентов, а главное – к длительным
ремиссиям за счет перехода непрерывного
течения заболевания в рецидивирующее.
Существует множество схем терапии, выбор
которых зависит от профессионализма врача,
его личного опыта, основанного на оценке
соответствующей рекламы препаратов,
кредитоспособности больного. Обязательным
условием профилактики АД у больных
хроническим гастритом, ассоциированным с
НР, учитывая оральный путь инфицирования,
должно быть обследование на
геликобактериоз контактных лиц в семье и
вне ее (родственники, друзья, интимные
знакомые). Опыт работы трех последних лет
показывает внутрисемейный характер
инфицирования НР и частые реинвазии уже
пролеченных больных АД с последующим
обострением кожного процесса.
Литература
1. Rajka G. Essential aspects of
atopic dermatitis. Berlin: Springer-Verlag 1989; р. 5–7.
2. Скрипкин Ю.К.,
Машкиллейсон А.Л., Шарапова Г.Я. Кожные и
венерические болезни. М.: Медицина, 1995; с.
187–94.
3. Гомберг М.А.,
Соловьев А.М., Аковбян М.А. Атопический
дерматит. Рус. мед. журн. 1998; 20: 1328–35.
4. Кунгуров Н.В.,
Герасимова Н.М., Кохан М.М. Атопический
дерматит: типы течения, принципы терапии.
Екатеринбург: Изд-во Уральск. ун-та, 2000; 266 с.
5. Rook AR, Savin JA, Wilkinson DS. The prevalence, incidence and ecology of
diseases of the skin. Textbook of dermatology. 4th ed. London: Blackwell, 1986;
40.
6. Соколова Т.В.,
Айзикович Л.А., Манжосова Р.П. К вопросу об
атопическом дерматите у детей в Ульяновске.
Ученые записки УлГУ. Серия "Клиническая
медицина". Ульяновск, 1998; 1 (2): 155–61.
7. Феденко Е.С.
Строилов И.С., Ярилина Л.Г., Латышева Т.В.
Эпидемиология атопического дерматита. Materia
Medica 2000; 1 (25): 19–25.
8. Williams HC, Strachan DP, May RJ. Childhood eczema: disease of the advantaged.
Br Med J 1994; 308: 1132–5.
9. Cуворова К.Н.,
Антоньев А.А., Довжанский С.И., Писаренко М.Ф.
Атопический дерматит. Саратов, 1989; 163 с.
10. Торопова Н.П.,
Синявская О.А. Экзема и нейродермит у детей.
Екатеринбург: Медицина, 1993; 447 с.
11. Thestrup-Pedersen K. The
incidence and pathоphysiology of atopic dermatitis J Europ Acad Dermatol
Venereol 1996; 7 (1): 3–7.
12. Громов В.А. Роль
очаговой хронической инфекции лор-органов
в патогенезе и терапии распространенного
нейродермита: Автореф. дис. … канд. мед. наук.
М., 1990; 16 с.
13. Макроносова М.А.,
Максимова А.Е., Батуро А.П. др. Значение
колонизации кожи Staphilococus aureus
для дифференциальной диагностики
атопического дерматита. Вестн. дерматол.
венерол. 1997; 5: 37–9.
14. Айзикович Л.А.
Клинико-иммунологические особенности
атопического дерматита, ассоциированного с
герпесвирусными инфекциями у детей.
Автореф. дис .... канд. мед. наук. М., 2003; 23 с.
15. Гукасян Д.А. Роль
грибковой инфекции при атопическом
дерматите: Автореф. дис. … канд. мед. наук. М.,
1992; 16 с.
16. Торопова Н.П.,
Софронова И.А., Гордеева Л.М. Паразитарная
фауна у детей, страдающих атопическим
дерматитом. Аспекты диагностики и
патогенеза. Рос. журн. кож. вен. бол. 1998; 2: 27–9.
17. Рокасуева Л.А.
Атопический дерматит у детей, комплексная
терапия с использованием ацидофильного
лактобактерина: Дис. … канд мед. наук. М., 1996;
112 с.
18. Чередниченко А.М.,
Малахов В.В., Кукушкина Т.Е., Медведева С.Ю.
Морфофункциональные изменения кишечника и
показатели активности иммунных реакций у
детей с аллергодерматозами. Проблемы
иммунологии и аллергии в детской
гастроэнтерологии. Н.Новгород, 1991; с. 165–9.
19. Дюбкова Т.П.
Состояние желудка и двенадцатиперстной
кишки у детей с аллергическими
заболеваниями кожи: Дис. … канд. мед. наук.
Минск, 1992; 166 с.
20. Синицын М.В.
Атопический дерматит и геликобактерная
инфекция у детей: Автореф. дис. … канд. мед.
наук. Екатеринбург, 1998; 30 с.
21. Скупова О.В.
Особенности течения хронических
гастродуоденитов у детей с атопическим
дерматитом: Автореф. дис. … канд. мед. наук.
Саратов, 1998; 24 с.
22. Малова А.А.
Микробиоценоз кишечника и иммунный статус
у больных с аллергодерматозами: Автореф.
дис… канд. мед. наук. Казань, 1997; 21 с.
23. Marshall BJ, Warren JR. Unidentified curved bacilli in the stomach of
patients with gastritis and peptic ulceration. Lancet 1984; 1: 1311–5.
24. Григорьев П.Я.,
Яковенко Э.П. Лечение пилорического
хеликобактериоза. Мед. помощь. 1998; 2: 31–3.
25. Счастливцева Н.А.
Особенности гастродуоденальных
заболеваний, ассоциированных с Helicobacter
pylori, в семьях (подростки,
родители). Варианты течения: Автореф. дис. …
канд. мед. наук. М., 2001; 16 с.
26. Grisham MB, Herlander LA, Granger DN. Xanthine oxidase and neutrophil
infiltration in intestinal ischemia. Amer J Physiol 1986; 251: 567.
27. Андерсен Л.,
Норгаард А., Беннедсен М. Клеточный иммунный
ответ организма на инфекцию Helicobacter
pylori. Рос. журн.
гастроэнтерол., гепатол., колопроктол. 1999; 2:
22–6.
28. Hunt RH. Hp and pH – the relevance of gastric acid to the treatment of
Helicobacter pylori infection. J Gastroenterol 1994; 29 (suppl. 7): 128–33.
29. Аруин Л.И.,
Григорьев П.Я., Исаков В.А., Яковенко Э.П.
Хронический гастрит. Амстердам, 1993; 362 с.
30. Ивашкин В.Т.,
Лапина Т.Л. Значение Helicobacter pylori
в детской гастроэнтерологической практике.
Рос. журн. гастроэнтерол., гепатол.,
колопроктол. 1997; 2: 11–6.
31. Калинина Е.П.
Атопический синдром у взрослых: Дис. … канд.
мед. наук. М., 1997; 211с.
32. Лапина Т.Л.
Российские рекомендации по диагностике и
лечению Helicobacter pylori.
Рос. журн. гастроэнтерол., гепатол.,
колопроктол. 1999; 3: 84–9.
33. Методические
рекомендации "Язвенная болезнь:
диагностика, современные принципы лечения
и профилактики". М., 1999; 30 с.
34. Российские
рекомендации по диагностике и лечению
инфекции Helicobacter pylori.
Рос. журн. гастроэнтерол., гепатол.,
колопроктол. 1999; 3: 71–89.
35. Стандарты (протоколы)
диагностики и лечения больных с
заболеваниями органов пищеварения.
Справочное руководство для врачей. М., 1999; с.
17–20.
|
/media/gastro/04_01/3.shtml :: Monday, 08-Nov-2004 18:21:53 MSK