| начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта | |
| Том 08/N 1/2006 | ОНКОГЕМАТОЛОГИЯ |
В
ысокодозная химиотерапия с трансплантацией аутологичных клеток-предшественников гемопоэза является стандартным методом лечения больных с чувствительными рецидивами неходжскинских лимфом (НХЛ) высокой и промежуточной степени злокачественности. До 40-60% больных сохраняют резистентность к стандартным дозам цитостатиков, и результаты лечения этой группы пациентов даже с применением высокодозной химиотерапии остаются неудовлетворительными. Использование моноклональных антител к CD20-антигену (мабтера) на разных этапах высокодозного лечения (индукция ремиссии со стандартными дозами цитостатиков, сбор стволовых клеток, высокодозная химиотерапия совместно с высокими дозами цитостатиков и после трансплантации) позволяет рассчитывать на улучшение результатов терапии больных с В-клеточными лимфомами за счет увеличения противоопухолевого действия цитостатиков (синергизм) и контроля минимальной остаточной болезни (резидуальная опухоль, клетки лимфомы, реинфузированные вместе с аутологичным трансплантатом).Материал и методы
Анализировали результаты
лечения всех больных с НХЛ, получавших
высокодозную химиотерапию с
трансплантацией аутологичных клеток-предшественников
гемопоэза в РОНЦ им. Н.Н. Блохина РАМН с
января 1989 г. по март 2005 г. За этот период
высокодозное лечение получили 50 больных (20
женщин, 30 мужчин). Мабтера на разных этапах
терапии была использована у 22 пациентов. На
момент проведения высокодозной
химиотерапии (ВХТ) средний возраст больных
составил 32 года (16-58 лет).
Гистологический тип опухоли
определялся на момент первичного диагноза
и/или проведения ВХТ, повторного пересмотра
препаратов не проводили. Для унификации
данных и дальнейшей оценки результатов
были сформированы группы больных в
зависимости от агрессивности опухоли.
Лимфома низкой степени злокачественности (фолликулярная)
диагностирована у 3 пациентов (6%),
агрессивные лимфомы (мантийно-клеточная, В-клеточная
крупноклеточная, периферическая Т-клеточная)
- у 39 больных (78%) и крайне агрессивные
лимфомы (из клеток-предшественников,
Беркитта) - у 8 (16%). В-клеточный фенотип
опухоли был выявлен у 33 пациентов (66%), Т-клеточный
- у 10 (20%), неуточненный - у 7 (14%).
Все больные с фолликулярной
лимфомой получили ВХТ при прогрессировании
заболевания на фоне нескольких линий
химиотерапии. Среди 47 пациентов с
агрессивными и крайне агрессивными
лимфомами первично-резистентное течение
имели 36 (77%) больных, ранний рецидив - 9 (19%),
второй ранний рецидив - 1 (2%). У одного
больного с крайне неблагоприятным
прогнозом (2%) ВХТ была проведена в качестве
консолидации первой полной ремиссии. Без
учета индукции ремиссии перед ВХТ до
высокодозного лечения больные получили в
среднем 2 (1-5) линии химиотерапии. Более 2
линий химиотерапии получили 12 больных (24%).
На фоне лечения, предшествовавшего
индукционной химиотерапии или ВХТ, лишь 24%
больных достигали частичной или полной
ремиссии, у остальных наблюдались лишь
стабилизация болезни (13%) либо ее
прогрессирование (63%). Перед началом
индукционной химиотерапии или ВХТ (если
индукция не проводилась) было проведено
рестадирование: у 38 больных (76%) установлена
IV стадия заболевания, у 9 (18%) - III, у 3 (6%) - II,
симптомы интоксикации присутствовали у 20
больных (40%).
Перед ВХТ 46 (92%) больных получили
реиндукцию ремиссии, т.е. стандартную
химиотерапию второй линии с добавлением
мабтеры или без таковой, проводимую
целенаправленно (входящая в план
высокодозного лечения) для оценки
химиочувствительности опухоли и/или ее
редукции. В качестве режима реиндукции 24 (48%)
больным назначали химиотерапию по схеме
dexa-BEAM (дексаметазон, кармустин, этопозид,
цитозар, алкеран), 11 (22%) -
ифосфамидсодержащие режимы ICE (ифосфамид,
этопозид, карбоплатин) или IVAM (ифосфамид,
этопозид, цитозар, метотрексат), 6 (12%) - DHAP (дексаметазон,
цисплатин, цитозар), 4 (8%) - другие режимы.
Четырем больным (8%) ВХТ была проведена без
предварительной индукционной химиотерапии.
В качестве режима ВХТ 40 (80%)
больных лечили по схеме BEAM (кармустин 300 мг/м2,
алкеран 140 мг/м2, этопозид 800-1000 мг/м2
и цитозар 800-1000 мг/м2). Режим CBV ±
митоксантрон (циклофосфамид 6 г/м2,
кармустин 350-500 мг/м2, этопозид 1-1,5 г/м2
± митоксантрон 50 мг/м2) был назначен 3
(6%) больным с прогрессированием болезни на
фоне индукционной химиотерапии dеxa-BEAM.
Второй курс ВХТ получили 3 (6%) больных, у
которых не была достигнута полная ремиссия
после первого курса ВХТ. Одному пациенту
были назначены курсы BEAM и CBV, двум другим -
высокие дозы алкерана (140 мг/м2) и CBV.
"Нестандартные" курсы ВХТ были
проведены 4 больным, получавшим лечение в
первые годы функционирования отделения: по
два курса высокими дозами мелфалана (140 мг/м2)
получили 2 пациента, один курс высокими
дозами мелфалана - 1 больной и курс dexa-BEAM с
эскалацией доз цитозара и мелфалана - 1
больной.
Рис. 1. Общая выживаемость больных с неходжкинскими лимфомами после высокодозной химиотерапии.

Рис. 2. Безрецидивная выживаемость больных с неходжкинскими лимфомами после высокодозной химиотерапии.

Рис. 3. Общая выживаемость больных с В-клеточными неходжкинскими лимфомами, получавших (1) и не получавших (2) мабтеру после высокодозной химиотерапии.

Анализ прогностической значимости факторов (Р), потенциально влияющих на общую и безрецидивную выживаемость.
|
Фактор |
Выживаемость |
|
|
общая |
безрецидивная |
|
|
Статус болезни (ранний рецидив, первичная резистентность/поздний рецидив) |
0,67 |
0,37 |
|
Иммунофенотип (В-клеточная/Т-клеточная/неуточненный) |
0,21 |
0,7 |
|
Агрессивность (высокая/ крайне высокая) |
0,3 |
0,84 |
|
Стадия перед индукцией / ВХТ (I-II/III-IV) |
0,47 |
0,084 |
|
Симптомы интоксикации (да/нет) |
0,002 |
0,6 |
|
Число линий химиотерапии до индукции/ВХТ (1,2/3 и больше) |
0,42 |
0,2 |
|
Максимальный эффект на предшествующем лечении (была ПР/не было ПР) |
0,174 |
0,63 |
|
Режим индукции |
0,31 |
0,91 |
|
Эффект индукции (полная ремиссия, частичная ремиссия/стабилизация, прогрессирование) |
0,004 |
0,85 |
|
Посттрансплантационая химиотерапия (да/нет) |
0,1 |
0,78 |
В качестве трансплантата
костный мозг (КМ) использовался в лечении 4
(8%) больных, клетки-предшественники
гемопоэза из периферической крови (КПГ ПК) -
30 (60%), комбинированный трансплантат (КМ+КПГ
ПК) - 16 (32%) больных. Среди пациентов,
получавших КПГ ПК или комбинированный
трансплантат (n=46), среднее количество
трансплантированных СД34+-клеток составило
5,3ґ106/кг (от 0,01 до 26ґ106/кг).
При крайне неблагоприятном прогнозе
заболевания у пациентов, для которых
исключались альтернативные ВХТ-методы
лечения (первично-прогрессирующее течение,
резистентный рецидив), ВХТ проводили,
несмотря на малый сбор КПГ ПК. При сборе
менее 1ґ106/кг
дополнительно получали КМ и использовали
комбинированный трансплантат, при сборе
более 1ґ106/кг, но менее 2ґ106/кг
вопрос о добавлении к трансплантату КМ
решался индивидуально. Доля больных с
содержанием СД34+-клеток в трансплантате
менее 1ґ106/кг составила
19%, более 1ґ106/кг, но
менее 2ґ106/кг - 28,6%. В
посттрансплантационном периоде пациенты
получали противоинфекционную,
заместительную гемотрансфузионную и
поддерживающую терапию в соответствии со
стандартами, принятыми в период проведения
ВХТ.
С сентября 2000 г. для лечения
больных с В-клеточными НХЛ и крайне
неблагоприятным прогнозом (резистентный
рецидив, первичная резистентность) на
различных этапах высокодозного лечения
стала использоваться мабтера (ритуксимаб).
Препарат получали 22 пациента (на этапе
индукционной химиотерапии - 9, перед сбором
стволовых клеток и ВХТ - 19, после
восстановления гемопоэза - 15). Из 22
пациентов 9 получили мабтеру на двух этапах
лечения, 6 - на трех. Кроме того, у 6 больных,
не достигших полной ремиссии после ВХТ или
имевших крайне высокий риск контаминации
трансплантата, после восстановления
гемопоэза было проведено 1-2 курса
химиотерапии по схеме DHAP (с целью
эрадикации минимальной остаточной болезни).
Облучение остаточной опухоли или областей
исходного массивного опухолевого
поражения было проведено 13 (26%) больным,
достигшим полной или частичной ремиссии
после проведения ВХТ.
Определения и статистический анализ
Первичная резистентность -
прогрессирование в процессе химиотерапии
первой линии или в течение 3 мес с момента ее
окончания, отсутствие полной ремиссии
после завершения химиотерапии первой линии
± лучевая терапия.
Ранний рецидив - рецидив
заболевания через 3-12 мес после достижения
полной ремиссии.
Реиндукция (индукция) ремиссии -
химиотерапия второй линии, целенаправленно
(для оценки химиочувствительности и/или с
целью циторедукции) проводимая перед ВХТ.
Общая выживаемость - выживаемость,
исчисляемая методом Kaplan-Meyer, с момента
проведения ВХТ до смерти от любой причины
или даты последнего наблюдения.
Безрецидивная выживаемость -
выживаемость, исчисляемая методом Kaplan-Meyer,
больных, достигших полной ремиссии, от
момента проведения ВХТ до рецидива
заболевания или даты последнего наблюдения.
Для сравнения кривых
выживаемости использовался log-rank-тест,
статистически значимым считалось различие
при р<0,05.
Результаты
Из 46 больных, которым проводили
индукцию ремиссии, полной ремиссии
достигли у 4 (8,7%), частичной - у 28 (60,9%),
стабилизация отмечена у 7 (15,2%) и
прогрессирование - у 7 (15,2%). Непосредственно
перед началом ВХТ (пациенты, получавшие и не
получавшие индукцию) полная ремиссия
сохранялась у 12%, частичная ремиссия - у 58%,
стабилизация - у 14% и прогрессирование - у 16%
пациентов. Проведение ВХТ позволило
добиться полной ремиссии у 19 (43,2%), частичной
- у 14 (31,8%), стабилизации - у 4 (9,1%) больных, и
прогрессирование выявлено у 7 (15,9%)
пациентов. У 6 больных эффект ВХТ не оценен в
связи с ранней смертью или недостаточным
временем наблюдения. После завершения всей
программы лечения (дополнительная лучевая
терапия, адъювантная иммунотерапия и/или
химиотерапия) число больных с полной
ремиссией увеличилась до 25 (62,5%), частичная
ремиссия сохранялась у 6 (15%), стабилизация у
2 (5%) и прогрессирование у 7 (17,5%). У 10 больных
суммарный эффект не был оценен по
перечисленным причинам.
Отдаленные результаты лечения
На момент проведения анализа
(25.04.05) медиана наблюдения за живущими (n=25)
больными составила 23 мес (от 1 до 97 мес).
При данном периоде наблюдения
прогнозируемая 5-летняя общая выживаемость
составила 40,3% (медиана 14 мес). После 2 лет
наблюдения (n=11) кривая общей выживаемости
входит в зону плато (рис. 1).
Прогнозируемая 5-летняя
безрецидивная выживаемость 25 больных,
достигших полной ремиссии, составила 71,7%,
медиана ее не достигнута. После 15 мес (n=13)
наблюдения рецидивов не отмечено (рис. 2).
Был проведен анализ факторов,
влияющих на общую и безрецидивную
выживаемость больных с агрессивными и
крайне агрессивными лимфомами (см. таблицу).
Таким образом, на общую
выживаемость статистически значимо влияли
наличие симптомов интоксикации перед
индукцией/ВХТ и эффект индукционной
терапии (достижение полной или частичной
ремиссии). Факторов, влияющих на
безрецидивную выживаемость, выявлено не
было.
Использование курса CBV ±
митоксантрон не позволило добиться
длительной ремиссии при прогрессировании
болезни после реиндукции ремиссии по схеме
dexa-BEAM. Проведение второго курса ВХТ
позволило добиться длительной ремиссии у 1
из 3 больных, не достигших полной ремиссии
после первого курса ВХТ.
Проведение лучевой терапии
статистически значимо улучшило
выживаемость больных, достигших частичной
ремиссии после проведения ВХТ (р=0,01). У
достигших полной ремиссии отмечена
тенденция к улучшению результатов, однако
она не достигла статистической значимости (р=0,3).
Проведение дополнительной химиотерапии в
посттрансплантационном периоде на
отдаленные результаты лечения
статистически значимо не влияло.
Использование мабтеры на
различных этапах лечения больных с В-клеточными
лимфомами (рис. 3) привело к статистически
значимому улучшению общей выживаемости (р=0,037).
В группе больных с В-клеточными опухолями,
не получавших мабтеру, 5-летняя общая
выживаемость составила 21%, у получавших
мабтеру - 52% (р=0,014).Различие в выживаемости
сохранилось и после исключения из анализа
больных с индолентными лимфомами (р=0,014).
Токсичность лечения была сопоставима в
обеих группах: в 100-дневный период после
трансплантации погибли 2 из 22 пациентов,
получавших и 1 из 11 не получавших мабтеру.
Токсичность лечения
Ранняя (100-дневная) токсическая
смертность составила 14% (7 больных), при этом
отмечена четкая тенденция к снижению
токсической смертности в последние годы,
что, возможно, обусловлено накоплением
опыта и увеличением трансплантационной
активности. С 2001 г. до момента настоящего
анализа ВХТ была проведена 29 больным (9
трансплантаций в год) и ранней токсической
смертности отмечено не было.
|
|
| © Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster |