| начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта | |
| Том 08/N 4/2006 | ОНКОГЕМАТОЛОГИЯ |
К
ожу могут поражать более 25 видов злокачественных опухолей лимфоидной ткани, которые развиваются в ней первично или в результате распространения лимфом нодальных или экстранодальных локализаций. Первичными лимфомами кожи (ЛК) называют те лимфоидные опухоли, которые возникают в коже, и на момент постановки диагноза внекожных очагов роста опухолей не обнаруживается [1].Т-клеточные лимфомы
В отличие от лимфатических
узлов, где В-клеточные лимфомы составляют
большинство неходжкинских лимфом,
первичные ЛК в 60-65% случаев имеют Т-клеточное
происхождение, из них ГМ является наиболее
часто встречающейся формой (половина всех
первичных лимфом кожи) [4]. Широкое
применение иммуногистохимических и
молекулярно-генетических методов
позволило изменить классификационное
положение некоторых форм ЛК, считавшихся
ранее необычными вариантами ГМ, в том числе
распространенного педжетоидного
ретикулеза, "обезглавленного" ГМ ("a
tumeur d'emblee") и других случаев этого
заболевания с агрессивным вариантом
течения и неблагоприятным прогнозом. Было
показано, что большинство этих опухолей
принадлежат к недавно описанной группе
цитотоксических лимфом, включающей NK/Т-клеточную
лимфому назального типа [6-8], агрессивную
эпидермотропную CD8+ Т-клеточную лимфому [9, 10]
и кожную g/d+Т-клеточную
лимфому [11-14].
Следует отметить, что
цитоморфологические характеристики
опухолевых клеток не имеют решающего
значения в классификации Т-клеточных ЛК.
Большинство из них (включая ГМ)
характеризуется пролиферацией плеоморфных
Т-лимфоцитов малых, средних и крупных
размеров. В большинстве случаев Т-клеточных
ЛК размер неопластических клеток не
является прогностическим фактором, а их
биологическая сущность независима от
цитоморфологических характеристик клеток.
Так, NK/Т-клеточная лимфома назального типа с
доминированием в инфильтрате малых
плеоморфных лимфоцитов имеет агрессивное
течение и плохой прогноз [6-8], напротив,
лимфоматоидный папулез и анапластическая
крупноклеточная ЛК характеризуются
благоприятным течением и хорошим прогнозом,
несмотря на выраженную атипию и крупный
размер неопластических клеток [15, 16].
Исключение составляет лишь ГМ, при котором
появление крупных клеток в инфильтрате
имеет прогностическое значение, так как
наличие крупноклеточной трансформации
связано с резким ухудшением течения
заболевания [17].
Грибовидный микоз
ГМ - первичная эпидермотропная
Т-клеточная ЛК, характеризующаяся
пролиферацией малых и средних Т-лимфоцитов
с церебриформными ядрами. Термин "грибовидный
микоз" в настоящее время принято
использовать только для классического
варианта течения Алибера-Базена,
характеризующегося поэтапной эволюцией
пятен, бляшек и узлов, или для вариантов со
сходным клиническим течением. Если
заболевание проявляется только наличием
узлов (опухолей) без предшествующих или
сопутствующих им пятен и бляшек, диагноз ГМ
маловероятен. Заболевание обычно протекает
благоприятно, медленно прогрессируя в
течение нескольких лет или даже
десятилетий. На поздних стадиях могут
вовлекаться лимфатические узлы и
внутренние органы.
Гистологическая картина на
ранних стадиях ГМ неспецифична и может
симулировать доброкачественный
воспалительный дерматоз: периваскулярные
инфильтраты в сочетании с псориазиформной
гиперплазией эпидермиса, в половине
случаев может наблюдаться картина,
характерная для гистологической модели
поражения зоны дермо-эпидермального
соединения [18]. Было предложено несколько
цитологических и гистологических
признаков, свидетельствующих в пользу ГМ:
размеры лимфоцитов в эпидермисе больше, чем
в дерме; наличие в эпидермисе лимфоцитов со
светлым перинуклеарным ободком (haloed lymphocytes);
расположение атипичных церебриформных
клеток "цепочкой" в базальном слое
эпидермиса; скопление лимфоцитов в
эпидермисе при отсутствии спонгиоза [19].
Бляшечная стадия характеризуется
плотным полосовидным инфильтратом в
верхней части дермы, содержащим высокий
процент церебриформных лимфоцитов, и более
выраженным эпидермотропизмом.
Внутриэпидермальные скопления атипичных
лимфоцитов (так называемые микроабсцессы
Потрие) являются характерной чертой этой
стадии, но встречаются лишь в 10% случаев [20].
С прогрессированием в опухолевую стадию
эпидермотропизм исчезает; инфильтрат,
состоящий из церебриформных лимфоцитов
малых, средних и крупных размеров, бластных
клеток и переходных форм в разных
пропорциях, становится диффузным и может
проникать в подкожную жировую клетчатку.
В поздних стадиях может произойти
трансформация ГМ в крупноклеточную лимфому.
Критерием трансформации является наличие
крупных клеток (с иммунобластной
морфологией или крупных плеоморфных клеток),
составляющих не менее 25% всех клеток
инфильтрата, или их крупных скоплений [21].
Большие клетки могут быть CD30+ или CD30-, что не
имеет прогностического значения, сама же
крупноклеточная трансформация связана с
резким ухудшением течения заболевания [17].
Опухолевые клетки при ГМ имеют
фенотип зрелых Т-клеток памяти (CD3+CD45RO+CD4+CD8-),
в редких случаях может наблюдаться фенотип
CD8+CD4-. Часто наблюдается демонстрация
аберрантного фенотипа (т.е. потеря пан-Т-клеточных
антигенов CD2, CD3, CD5, CD7) [22]. Экспрессия
цитотоксических протеинов (T-cell intracelular antigen-1
- TIA-1, гранзин B) опухолевыми Т-лимфоцитами
может определяться в 10% случаев [23].
В большинстве случаев
неопластические лимфоциты обнаруживают
клональную перестройку генов, кодирующих b-
и/или g-цепь Т-клеточного
рецептора, специфические хромосомные
транслокации пока не были обнаружены [24, 25].
Принципы лечения ГМ зависят от
стадии заболевания: пока болезнь
ограничена кожей, предпочтительно
использовать местную гормональную терапию,
фотохимиотерапию (PUVA-терапию) и
радиотерапию (включая облучение быстрыми
электронами). Хорошо зарекомендовал себя
отечественный препарат проспидин,
эффективный при пятнистой и бляшечной
стадиях. Все большее распространение
получает использование в лечении различных
химиотерапевтических и иммунологических
препаратов, включающих интерферон-a
и другие цитокины (интерлейкин-12), ретиноиды,
цитотоксические интегрированные протеины
(DAB389IL-2, denileukin diftitix, Ontak), флударабин,
пентостатин, анти-CD52-антитело (Campath-IH).
Методы лечения опухолевой стадии ГМ
остаются неудовлетворительными, и болезнь
обычно прогрессирует, несмотря на
применение системной полихимиотерапии.
Варианты и подтипы ГМ
Кроме классической формы ГМ
имеется несколько вариантов этого
заболевания с необычными клиническими и/или
гистологическими характеристиками:
• эритродермический;
• фолликулярный;
• сиринготропный;
• пузырный/пузырьковый;
• гранулематозный;
• гиперпигментный;
• гипопигментный;
• одноочаговый;
• ладонно-подошвенный;
• гиперкератотический/веррукозный;
• вегетирующий/папилломатозный;
• ихтиозиформный;
• пигментно-пурпурозный;
• пустулезный.
Из них в ВОЗ-EORTC-классификации ЛК
выделены 3 клинико-патологических варианта:
фолликулотропный ГМ, педжетоидный
ретикулез и синдром гранулематозной "вялой"
кожи [4].
Фолликулотропный ГМ
характеризуется наличием
фолликулотропного и, нередко,
неэпидермотропного инфильтрата. Показано,
что наличие или отсутствие фолликулярного
муциноза не влияет на течение и прогноз
этой формы заболевания [28, 29], поэтому форма
ГМ, ассоциированного с фолликулярным
муцинозом, не выделяется в самостоятельную
категорию. В связи с более глубоким
расположением перифолликулярного
инфильтрата этот подтип ГМ плохо поддается
лечению местной и фототерапии. Клинически
заболевание может проявляться
фолликулярными папулами, бляшками и, иногда,
опухолями, локализующимися чаще всего на
голове и шее и сопровождающимися алопецией.
Гистологически выявляется плотный
периаднексальный (перифолликулярный)
инфильтрат, состоящий из малых и средних
лимфоидных клеток с церебриформными ядрами.
Эпидермотропизм может отсутствовать.
Волосяные фолликулы часто кистозно
расширены, процесс может сопровождаться
муцинозной дегенерацией фолликулярного
эпителия. Течение фолликулотропного
варианта чаще сопровождается
трансформацией в крупноклеточную лимфому,
поэтому прогноз при нем хуже, чем при
классической форме ГМ [29, 30].
Педжетоидный ретикулез (моноочаговая
форма Ворингера-Колоппа) является
благоприятно протекающей формой ГМ и
характеризуется наличием одного очага в
виде псориазиформной бляшки,
локализующейся на нижних конечностях.
Диссеминированная форма Кетрона-Гудмана,
ранее также относящаяся к педжетоидному
ретикулезу, в настоящее время
классифицируется в зависимости от фенотипа
как агрессивная эпидермотропная CD8+ лимфома
или кожная g/d+Т-клеточная
лимфома [5, 10, 31]. Гистологическая картина
характеризуется акантотическим
эпидермисом, содержащим "спонгиоформный"
инфильтрат из средних и крупных лимфоидных
клеток с вакуолизированной цитоплазмой,
расположенных поодиночке или скоплениями.
Большинство случаев педжетоидного
ретикулеза экспрессирует Т-хелперный
фенотип CD3+CD4+CD5+CD8-, описаны случаи с CD8+
фенотипом [32, 33]. Неопластические клетки
могут экспрессировать CD30. Выраженный
эпидермотропизм опухолевого инфильтрата
может быть связан с выраженной экспрессией
рецепторов кожного лимфоцитарного
антигена лимфоидными клетками [34].
Одним из самых редко
встречающихся вариантов ГМ является
синдром гранулематозной "вялой" кожи,
характеризующийся клональной
пролиферацией хорошо дифференцированных Т-лимфоцитов
и дегенерацией эластических волокон в
дерме. Заболевание клинически проявляется
развитием в крупных складках своеобразных
изменений кожи в виде появления складчатых,
инфильтрированных и лишенных эластичности
образований. Гистологическая картина
характеризуется наличием плотного
диффузного инфильтрата, состоящего из
малых и средних лимфоидных клеток без
выраженной атипии ядер, и отсутствием
эластических волокон в сосочковой и
сетчатой частях дермы [35]. Специфическим
гистологическим признаком данного
заболевания является наличие в инфильтрате
многоядерных гигантских клеток, имеющих от
20 до 30 концентрически расположенных ядер. В
их цитоплазме могут находиться лимфоциты (лимфофагоцитоз),
а также остатки дегенеративных
эластических волокон (эластофагоцитоз).
Лимфоидные клетки имеют фенотип Т-хелперов
(CD4+, CD8-) и могут обнаруживать отсутствие
других Т-клеточных маркеров (CD3-, CD5-, CD7-). В
редких случаях опухолевые клетки
экспрессируют CD30 антиген [36]. Гигантские
клетки экспрессируют гистиоцитарные
маркеры CD68 и Mac387.
Синдром Сезари
Синдром Сезари является
лейкемической формой Т-клеточной ЛК и
характеризуется эритродермией,
лимфаденопатией и наличием опухолевых Т-лимфоцитов
(клеток Сезари) в коже и периферической
крови [37].
Клинически синдром Сезари
характеризуется развитием эритродермии с
генерализованным зудом кожного покрова,
увеличением периферических лимфатических
узлов, наличием ладонно-подошвенного
гиперкератоза и ониходистрофии. Недавно
Международным обществом по кожным лимфомам
были предложены следующие критерии для
диагностики синдрома Сезари: абсолютное
количество клеток Сезари в периферической
крови не меньше 1000 в 1 мм3;
иммунофенотипические аномалии (расширенная
CD4+ Т-клеточная популяция, приводящая к
увеличению соотношения CD4/CD8 более чем в 10
раз и потеря Т-клеточных антигенов CD2, CD3, CD4,
CD5); Т-клеточный моноклональный пролиферат в
периферической крови, выявляемый
молекулярными или цитогенетическими
методами [38].
Гистологические изменения при
синдроме Сезари в целом сходны с таковыми
при ГМ. Чаще встречаются акантоз,
телеангиэктазии и фиброз в сосочковой
дерме, эпидермотропизм может быть менее
выражен.
Методом выбора при лечении
данного заболевания является терапия
быстрыми электронами, PUVA-терапия (изолированно
или в сочетании с интерфероном-a)
и экстракорпоральная фотохимиотерапия. У
пациентов с кожными опухолями и
крупноклеточной трансформацией необходимо
применение системной полихимиотерапии (ПХТ).
CD30+ Т-клеточные лимфопролиферативные
заболевания кожи
Первичные CD30+
лимфопропролиферативные заболевания кожи
занимают второе место по частоте
возникновения среди всех Т-клеточных ЛК.
Группу этих заболеваний можно представить
в виде клинико-морфологического спектра,
включающего лимфоматоидный папулез,
анапластическую крупноклеточную ЛК и так
называемые пограничные состояния [15].
Объединяющим признаком является
экспрессия опухолевыми клетками CD30 -
цитокинового рецептора, принадлежащего к
группе рецепторов фактора некроза опухолей.
Несмотря на общие иммунофенотипические
черты, заболевания внутри этой группы
различаются по клиническим и
гистологическим проявлениям, требуя при
установлении диагноза тщательных клинико-морфологических
сопоставлений.
Лимфоматоидный папулез -
хроническое рецидивирующее
лимфопролиферативное заболевание кожи,
которое характеризуется повторными
высыпаниями самопроизвольно разрешающихся
папулезных элементов с гистологическими
признаками злокачественной лимфомы. Одной
из особенностей лимфоматоидного папулеза
является его сочетание с другими
лимфоидными опухолями в 10-19% случаев [16].
Наиболее часто он ассоциируется с ГМ,
болезнью Ходжкина и крупноклеточной CD30+
лимфомой. Последние, как правило,
развиваются уже на фоне клинических
проявлений лимфоматоидного папулеза, но
иногда могут возникать одновременно или
даже предшествовать ему. Показано, что в
большинстве случаев лимфоматоидный
папулез и сопутствующая лимфома имеют
одинаковую реаранжировку гена Т-клеточного
рецептора [39].
Другой особенностью этого
заболевания является сочетание
доброкачественного течения и "злокачественной"
гистологической картины. Выделяют 3
гистологических варианта лимфоматоидного
папулеза: тип А, тип В и тип С.
Тип А (так называемый смешанно-клеточный
тип) характеризуется дермальным
инфильтратом, состоящим из крупных
атипичных клеток, малых лимфоцитов,
нейтрофильных, эозинофильных лейкоцитов и
церебриформных клеток. Встречаются
двуядерные клетки, напоминающие клетки
Штернберга-Рид. Тип В диагностируется редко
и гистологически напоминает картину ГМ.
Анапластические клетки встречаются в малом
количестве или отсутствуют. Тип С
характеризуется инфильтратом, состоящим
преимущественно из крупных атипичных
клеток, которые образуют поля или крупные
скопления на всем протяжении дермы, а
иногда - и в подкожной жировой клетчатке.
Изменения в эпидермисе зависят от стадии
болезни: вначале он может оставаться
интактным, по мере эволюции высыпного
элемента в эпидермисе могут образовываться
"микроабсцессы" из нейтрофильных
лейкоцитов, при этом происходит его
изъязвление. В редких случаях наблюдается
псевдоэпителиоматозная гиперплазия
эпидермиса с атипией кератиноцитов, что
может приводить к ошибочному диагнозу
плоскоклеточного рака кожи и неадекватному
лечению.
Крупные анапластические клетки
обычно имеют фенотип активированных Т-хелперов:
CD4+CD30+CD25+ и HLA-DR+. В единичных случаях CD30+
клетки могут быть CD4-CD8+ [40]. Экспрессия пан-Т-клеточного
антигена CD7 обычно отсутствует, а потеря
антигенов CD2, CD3 и/или CD5 помогает отличить
клетки инфильтрата от реактивных Т-лимфоцитов.
Также опухолевые клетки при лимфоматоидном
папулезе отличаются от обычных Т-хелперов
тем, что они часто экспрессируют
цитотоксические молекулы TIA-1 (TIA-1), гранзим B
и перфорин [41]. Последние исследования
фенотипа анапластических клеток при
лимфоматоидном папулезе выявили единичные
случаи коэкспрессии ими антигена CD56,
который является маркером натуральных
киллеров и объединяет группу лимфом,
характеризующуюся агрессивным течением и
плохим прогнозом [42]. У пациентов с
лимфоматоидным папулезом экспрессия CD56 не
имела прогностического значения, но малое
число наблюдений пока не позволяет сделать
окончательные выводы о роли этого антигена
при данном заболевании.
Многочисленные исследования
клональности в большинстве случаев
подтверждают, что лимфоматоидный папулез
является клональным Т-клеточным
лимфопролиферативным заболеванием.
Моноклональная популяция обнаруживается
примерно в 60-80% наблюдений [43].
На настоящий момент не существует
терапии лимфоматоидного папулеза,
позволяющей контролировать течение
заболевания. Наиболее эффективным является
назначение низких доз метотрексата (5-20 мг/кг)
в случае распространенных высыпаний и
частых обострений.
Первичная кожная и нодальная CD30+
анапластические лимфомы кожи - разные
заболевания, которые имеют общие
гистологические черты и некоторую общность
иммунофенотипа, но различаются возрастом
начала заболевания, патогенезом,
генетическими характеристиками и
прогнозом. Первичная анапластическая ЛК
чаще развивается у лиц мужского пола в
возрасте 60-70 лет. Клиническая картина
обычно представлена одним или несколькими
узлами (в том числе подкожными), имеющими
тенденцию к изъязвлению. Наиболее частая
локализация высыпаний - верхние и нижние
конечности. Гистологическая картина
представлена диффузными инфильтратами в
дерме и подкожной жировой клетчатке,
состоящими из клеток с плеоморфной,
анапластической или иммунобластной
морфологией. Эпидермотропизм встречается в
единичных случаях. Опухолевые клетки имеют
фенотип активированных лимфоцитов,
экспрессируют CD30, а также один или
несколько пан-Т-клеточных антигенов (CD2, CD3,
CD4, CD5, CD45RO). Экспрессия антигена
эпителиальных мембран (EMA) и ALK-протеина
обнаруживается крайне редко, что является
важным признаком, позволяющим
дифференцировать первичную
анапластическую ЛК от нодальной
анапластической лимфомы с поражением кожи
[44]. Первичная CD30+ анапластическая ЛК не
имеет специфических генетических
признаков в отличие от нодальной лимфомы,
при которой нередко наблюдается
характерная транслокация t(2;5) (p23;q35),
приводящая к экспрессии опухолевыми
клетками химерного NPM-ALK-протеина.
Отсутствие экспрессии ALK при ЛК не является
прогностическим фактором, тогда как ALK-нодальные
лимфомы имеют существенно худший прогноз,
чем ALK+ варианты.
Пятилетняя выживаемость больных
первичной CD30+ анапластической ЛК
составляет около 90%. Варианты данного
заболевания, характеризующиеся
ограниченными высыпаниями на коже, имеют,
как правило, индолентное течение.
Радиотерапия или хирургическое удаление
применяются в случае единичных очагов. Для
пациентов со множественными высыпаниями
лучшим выбором является низкодозовая
терапия метотрексатом или радиотерапия, и
только быстропрогрессирующее течение
заболевания с внекожным распространением
требует назначения ПХТ.
|
Т- и NK-клеточные ЛК |
Подкожная панникулитоподобная Т-клеточная
лимфома
Подкожная панникулитоподобная
Т-клеточная лимфома определяется как
цитотоксическая лимфома,
характеризующаяся наличием первичных
подкожных инфильтратов из малых, средних и
крупных плеоморфных Т-клеток и
многочисленных макрофагов и поражающая
преимущественно нижние и верхние
конечности [45]. Исследования показали, что
существует две группы подкожной
панникулитоподобной Т-клеточной лимфомы,
различающиеся по гистологической картине,
иммунофенотипу и прогнозу. Случаи с a/b+ Т-клеточным
фенотипом обычно CD8-позитивны, ограничены
поражением подкожной жировой клетчатки без
вовлечения эпидермиса и дермы и протекают
благоприятно. Напротив, случаи с g/d+Т-клеточным
фенотипом обычно CD4 и CD8-негативны и часто
коэкспрессируют CD56, инфильтрат может
распространяться в дерму и эпидермис,
течение часто агрессивное с плохим
прогнозом. В новой ВОЗ-EORTC-классификации
термин "подкожная панникулитоподобная Т-клеточная
лимфома" используется только для случаев
с a/b+Т-клеточным фенотипом, тогда как случаи
с g/d+Т-клеточным
фенотипом отнесены к группе кожных g/d+Т-клеточных
лимфом [46].
Морфологические изменения
характеризуются плотными очаговыми или
диффузными инфильтратами в подкожной
жировой клетчатке и в целом укладываются в
модель лобулярного панникулита.
Инфильтраты состоят из малых, средних или
больших лимфоидных клеток с выраженным
плеоморфизмом ядер, а также макрофагов,
содержащих опухолевые лимфоциты и
фрагменты их ядер. В ряде случаев
наблюдается эритрофагоцитоз. Опухолевые
клетки экспрессируют Т-клеточно-ассоциированные
антигены CD2, CD3, CD8, CD5, CD43 и цитотоксические
протеины TIA-1, гранзим В и перфорин.
Пятилетняя выживаемость для
случаев с a/b+Т-клеточным фенотипом может
достигать 80%. Терапией выбора является ПХТ
или радиотерапия.
Включенные в ВОЗ-EORTC-классификацию
кожная Т-клеточная лимфома/лейкемия
взрослых и экстранодальная NK/Т-клеточная
лимфома, назальный тип, не являются "истинными"
первичными ЛК, так как высыпания на коже
обычно являются манифестацией
диссеминированного процесса. Клиническая
картина, прогноз и тактика лечения данных
лимфом не различаются в зависимости от
появления кожных очагов до или после
развития системного процесса.
Неуточненные первичные
периферические ЛК представляют собой
гетерогенную группу заболеваний (менее 10%
всех Т-клеточных ЛК), включающую все Т-клеточные
первичные ЛК, не обладающие специфическими
клинико-анатомическими признаками, которые
позволили бы отнести их к одной из четко
охарактеризованных нозологических форм Т-клеточных
лимфом кожи. Первичная кожная агрессивная
эпидермотропная CD8+ Т-клеточная лимфома,
кожная g/d+Т-клеточная
лимфома и первичная кожная CD4+ плеоморфная Т-клеточная
лимфома из клеток малых и средних размеров
охарактеризованы в ВОЗ-EORTC-классификации
лимфом кожи как временные нозологические
единицы, требующие дальнейших исследований
[1].
Первичные В-клеточные лимфомы кожи
В-клеточные ЛК представляют
отдельные клинические и гистологические
подтипы экстранодальных лимфом,
составляющие около 20-25% всех
лимфопролиферативных заболеваний кожи.
Широкое использование
иммуногистохимических и молекулярно-генетических
методов исследования и анализ
катамнестических данных больших групп
пациентов показали, что большинство
случаев, классифицированных в прошлом как В-клеточные
псевдолимфомы, представляют собой В-клеточные
ЛК [47, 48]. Важно отметить, что первичные В-клеточные
ЛК в отличие от их нодальных аналогов,
характеризуются, как правило,
благоприятным прогнозом. В некоторых
регионах была обнаружена достоверная
ассоциация небольшой доли данных лимфом с Borrelia
burgdorferi в специфических кожных высыпаниях,
что дало основания для проведения у этих
пациентов курсов антибиотикотерапии с
хорошими результатами [49, 50]. Наличие Borrelia
burgdorferi в кожных высыпаниях подчеркивает
аналогию между В-клеточными ЛК и MALT-лимфомой
желудка, где в некоторых случаях
инфицирование Helicobacter pylori расценивается
как причинный фактор [51].
Первичная ЛК маргинальной зоны
ЛК маргинальной зоны - это
индолентная лимфома, состоящая из В-клеток
малых размеров, включая клетки
маргинальной зоны (центроцитоподобные
клетки), лимфоплазмоцитоидные клетки и
плазматические клетки [4]. Случаи, ранее
выделявшиеся как первичная кожная
иммуноцитома и единичные случаи первичной
кожной плазмоцитомы, не сопровождающиеся
множественной миеломой [52], также
рассматриваются в этой категории [4].
К особенностям клинической
картины лимфомы маргинальной зоны
относится более частое ее проявление в виде
множественных высыпаний с локализацией
преимущественно на коже туловища и
конечностей в отличие от В-клеточной
лимфомы из клеток фолликулярного центра.
Рецидивы обычно проявляются новыми кожными
высыпаниями, внекожная диссеминация
происходит чрезвычайно редко.
Гистологически в дерме
наблюдается очаговый или диффузный
инфильтрат, состоящий из клеток
маргинальной зоны, моноцитоидных клеток и
клеток с выраженной плазмоклеточной
дифференцировкой. Характерна инверсная
модель инфильтрата с так называемым
обратным строением, при которой более
темные центрально расположенные скопления
малых лимфоцитов окружены более светлой
зоной неопластических клеток, имеющих
заметный ободок цитоплазмы и овальные или
расщепленные ядра с плохо выраженными
ядрышками (центроцитоподобные клетки).
Другой характерный признак этой лимфомы -
так называемая фолликулярная колонизация,
при которой опухолевые клетки маргинальной
зоны инфильтрируют светлые центры
размножения лимфоидных фолликулов. В
межфолликулярной зоне клеточная популяция
представлена малыми лимфоцитами,
лимфоплазмоцитоидными клетками, моеток
маргинальной зоны, моноцитоидных клеток и
клеток с выраженной плазмоклеточной
дифференцировкой. Характерна инверсная
модель инфильтрата с так называемым
обратным строением, при которой более
темные центрально расположенные скопления
малых лимфоцитов окружены более светлой
зоной неопластических клеток, имеющих
заметный ободок цитоплазмы и овальные или
расщепленные ядра с плохо выраженными
ядрышками (центроцитоподобные клетки).
Другой характерный признак этой лимфомы -
так называемая фолликулярная колонизация,
при которой опухолевые клетки маргинальной
зоны инфильтрируют светлые центры
размножения лимфоидных фолликулов. В
межфолликулярной зоне клеточная популяция
представлена малыми лимфоцитами,
лимфоплазмоцитоидными клетками,
моноцитоидными В-клетками и единичными
активированными клетками. По периферии
инфильтрата обнаруживаются плазматические
клетки, которые имеют тенденцию
образовывать небольшие скопления.
Опухолевые клетки имеют иммунофенотип
CD19+CD20+CD22+CD79a+CD5-CD10-CD23-bcl-6-bcl-2+. В 40-65% случаев
определяется монотипия экспрессии легких
цепей иммуноглобулина. В большинстве
случаев определяется моноклональная
перестройка генов, кодирующих тяжелые цепи
иммуноглобулинов.
Учитывая благоприятный прогноз
заболевания (5-летняя выживаемость 100%), у
пациентов с единичными или несколькими
очагами применяется радиотерапия или
хирургическое удаление очагов, с
множественными высыпаниями - введение
интерферона-a в очаги или
подкожно. Хорошие результаты получены при
применении системного или внутриочагового
введения антиCD20-антитела (Rituximab).
Первичная ЛК из клеток фолликулярного
центра
Первичная ЛК из клеток
фолликулярного центра определяется как
опухоль из опухолевых аналогов клеток
фолликулярного центра, включающих
центроциты (малые и крупные расщепленные
клетки) и центробласты, с фолликулярным,
фолликулярным и диффузным или диффузным
типами роста [1]. В отличие от ЛК
маргинальной зоны кожные высыпания
представлены папулами, бляшками и узлами,
сгруппированными в зоне одного дерматома и
локализующимися преимущественно на
волосистой части головы, коже лба и
туловища.
Гистологическая картина
характеризуется дермальным крупноочаговым
или диффузным инфильтратом, проникающим в
ряде случаев в подкожную жировую клетчатку.
Инфильтрат содержит фолликулярные
структуры разного размера. Светлые центры
опухолевых фолликулов состоят из
центробластов и центроцитов, фигуры
митозов и макрофаги встречаются редко. Зона
мантии выражена плохо или отсутствует.
Реактивный инфильтрат представлен малыми
лимфоцитами и гистиоцитами, могут
встречаться единичные иммунобласты.
Опухолевые клетки экспрессируют пан-В-антигены
(CD19, CD20, CD79a) и bcl-6, экспрессия CD10-антигена
часто позитивна в случаях с фолликулярным
типом роста и негативна при диффузном.
Экспрессии антигенов CD5, CD43 и BCL-2-протеина не
наблюдается. Характерна рестрикция
экспрессии одной из легких цепей
иммуноглобулина. Применение антител к CD21-антигену
позволяет визуализировать фолликулярные
дендритические клетки в препаратах с плохо
выраженной фолликулярной организацией
инфильтрата и дифференцировать данный вид
лимфомы от лимфоцитомы.
Основным различием между
первичной и нодальной фолликулярной
лимфомой с вовлечением кожи является
наличие транслокации t(14;18), приводящей к
экспрессии BCL-2- протеина, которая
присутствует в 70-95% нодальных лимфом
данного типа [53]. Первичные ЛК из клеток
фолликулярного центра характеризуются, как
правило, отсутствием данной аномалии и
благоприятным прогнозом (5-летняя
выживаемость 97%). Терапия аналогична
таковой при ЛК маргинальной зоны. В ПХТ
нуждаются пациенты с частыми рецидивами и
большими размерами кожных опухолей, также
при внекожной диссеминации заболевания.
Первичная кожная диффузная
крупноклеточная В-клеточная лимфома, тип
нижних конечностей
Первичная кожная диффузная
крупноклеточная В-клеточная лимфома
изначально была выделена как подгруппа ЛК
из клеток фолликулярного центра со своими
морфологическими особенностями и менее
благоприятным прогнозом [54]. Анализ данных
больших групп пациентов показал, что
диффузная крупноклеточная ЛК возникает
преимущественно у лиц пожилого возраста,
поражает кожу нижних конечностей, имеет
более высокую частоту рецидивов и менее
благоприятный прогноз, чем ЛК из клеток
фолликулярного центра с крупноклеточной
морфологией и диффузным типом роста [55].
Гистологически при диффузной
крупноклеточной ЛК центробласты и
иммунобласты доминируют над центроцитами (крупными
расщепленными клетками), опухолевые клетки
экспрессируют BCL-2 практически в 100% случаев
[56]. Несмотря на то что определение
нозологической формы по месту локализации
многими авторами признавалось
нецелесообразным [57, 58], недавние клинико-морфологические
и генетические исследования показали, что
диффузная крупноклеточная ЛК нижних
конечностей является самостоятельной
формой В-клеточных ЛК [59-61]. Результаты
мультицентрового исследования показали,
что случаи с аналогичной морфологией (доминирование
полей центробластов и иммунобластов),
иммунофенотипом (экспрессия BCL-2 и Mum-1/IRF4) и
клиническим течением могут возникать не
только на коже нижних конечностей [62]. В ВОЗ-EORTC-классификации
термин "первичная кожная диффузная В-клеточная
крупноклеточная лимфома, тип нижних
конечностей" был предложен для обоих
вариантов локализаций кожных очагов [1].
Термин "первичная кожная диффузная В-клеточная
крупноклеточная лимфома, другая" на
настоящий момент включает следующие
клинико-морфологические варианты: В-клеточную
крупноклеточную лимфому, богатую Т-клетками/гистиоцитами,
внутрисосудистую В-клеточную лимфому и
анапластический или плазмобластный
варианты диффузной крупноклеточной ЛК.
Прогноз и лечение диффузной
крупноклеточной ЛК, тип нижних конечностей,
зависят от распространенности очагов
поражения кожи. У пациентов с единичными
высыпаниями (5-летняя выживаемость 100%)
лечение целесообразно начинать с
хирургического удаления очага с
последующей радиотерапией, множественные
высыпания (5-летняя выживаемость 45% с
локализацией на одной нижней конечности, 36%
- на обеих нижних конечностях) требуют
применения системной ПХТ. Применение анти-CD20-антитела
(Rituximab), эффективное у отдельных пациентов,
требует дальнейших исследований [63].
Дифференциальная диагностика ЛК
должна предусматривать возможность
развития в коже разнообразных
доброкачественных лимфоидных гиперплазий,
которые могут симулировать
злокачественные опухолевые процессы как
клинически, так и гистологически. Термин
"псевдолимфомы" не является
нозологическим и объединяет группу
реактивных состояний кожи с различной
этиологией, патогенезом, клинико-морфологическими
проявлениями и прогнозом. Эта группа
включает такие воспалительные дерматозы,
как актинический ретикулоид, лимфоцитома,
лимфоцитарная инфильтрация Джесснера-Каноффа,
дерматиты, токсикодермии и т.д.
Дифференциальный диагноз между ЛК и
псевдолимфомой является одной из самых
сложных проблем в дерматоонкологии и
требует тщательных клинико-лабораторных
сопоставлений.
Таким образом, дифференциальная
диагностика ЛК требует детального анализа
клинической картины и анамнеза заболевания,
гистологического исследования биоптата в
специализированной лаборатории,
иммуногистохимического анализа, а в
некоторых сложных диагностических
ситуациях невозможна без молекулярно-генетического
исследования.
Литература
1. Willemze R, Jaffe ES, Burg G et al. WHO-EORTC classification for cutaneous
lymphomas. Blood 2005; 105: 3768-85.
2. DeCoteau JF, Butmarc JR, Kinney MC, Kadin ME. The t(2;5) chromosomal
translocation is not a common feature of primary cutaneous CD30+
lymphoproliferative disorders: comparison with anaplastic large-cell lymphoma of
nodal origin. Blood 1996; 87: 3437-41.
3. Vergier B, Belaud-Rotureau MA, Benassy MN et al. Neoplastic cells do not
carry bcl2-JH rearrangements detected in a subset of primary cutaneous follicle
center B-cell lymphomas. Am J Surg Pathol 2004; 28: 748-55.
4. Jaffe ES, Harris NL, Stein H, Vardiman JW. World Health Organization
classification of Tumors. Pathology and Genetics of Tumors of Haematopoietic and
Lymphoid Tissues. Lion: IARC Press, 2001.
5. Willemze R, Kerl H, Sterry W, Berti E et al. EORTC classification for primary
cutaneous lymphomas: a proposal from the Cutaneous Lymphoma Study Group of the
European Organization for Research and Treatment of Cancer. Blood 1997; 90:
354-71.
6. Miyamoto T, Yoshino T, Takehisa T et al. Cutaneous presentation of
nasal/nasal type T/NK cell lymphoma: clinicopathological findings of four cases.
Br J Dermatol 1998; 139: 481-7.
7. El Shabrawi-Caelen L, Cerroni L, Kerl H. The clinicopathologic spectrum of
cytotoxic lymphomas of the skin. Semin Cutan Med Surg 2000; 19: 118-23.
8. Natkunam Y, Smoller BR, Zehnder JL et al. Aggressive cutaneous NK and NK-like
T-cell lymphomas: clinicopathologic, immunohistochemical, and molecular analyses
of 12 cases. Am J Surg Pathol 1999; 23: 571-81.
9. Agnarsson BA, Vonderheid EC, Kadin ME. Cutaneous T cell lymphoma with
suppressor/cytotoxic (CD8) phenotype: identification of rapidly progressive and
chronic subtypes. J Am Acad Dermatol 1990; 22: 569-77.
10. Berti E, Tomasini D, Vermeer MH, Meijer CJ et al. Primary cutaneous
CD8-positive epidermotropic cytotoxic T cell lymphomas. A distinct
clinicopathological entity with an aggressive clinical behavior. Am J Pathol
1999; 155: 483-92.
11. de Wolf-Peeters C, Achten R. gammadelta T-cell lymphomas: a homogeneous
entity? Histopathology 2000; 36: 294-305.
12. Berti E, Cerri A, Cavicchini S, Delia D et al. Primary cutaneous gamma/delta
T-cell lymphoma presenting as disseminated pagetoid reticulosis. J Invest
Dermatol 1991; 96: 718-23.
13. Toro JR, Beaty M, Sorbara L et al. gamma delta T-cell lymphoma of the skin:
a clinical, microscopic, and molecular study. Arch Dermatol 2000; 136: 1024-32.
14. Toro JR, Liewehr DJ, Pabby N et al. Gamma-delta T-cell phenotype is
associated with significantly decreased survival in cutaneous T-cell lymphoma.
Blood 2003; 101: 3407-12.
15. Willemze R, Beljaards RC. Spectrum of primary cutaneous CD30 (Ki-1)-positive
lymphoproliferative disorders. A proposal for classification and guidelines for
management and treatment. J Am Acad Dermatol 1993; 28: 973-80.
16. Bekkenk MW, Geelen FA, van Voorst Vader PC et al. Primary and secondary
cutaneous CD30(+) lymphoproliferative disorders: a report from the Dutch
Cutaneous Lymphoma Group on the long-term follow-up data of 219 patients and
guidelines for diagnosis and treatment. Blood 2000; 95: 3653-61.
17. Diamandidou E, Colome-Grimmer M, Fayad L et al. Transformation of mycosis
fungoides/Sezary syndrome: clinical characteristics and prognosis. Blood 1998;
92: 1150-9.
18. Massone C, Kodama K, Kerl H, Cerroni L. Histopathologic features of early
(patch) lesions of mycosis fungoides: a morphologic study on 745 biopsy
specimens from 427 patients. Am J Surg Pathol 2005; 29: 550-60.
19. Pimpinelli N, Olsen EA, Santucci M et al. Defining early mycosis fungoides.
J Am Acad Dermatol 2005; 53: 1053-63.
20. Nickoloff BJ. Light-microscopic assessment of 100 patients with
patch/plaque-stage mycosis fungoides. Am J Dermatopathol 1988; 10: 469-77.
21. Cerroni L, Rieger E, Hodl S, Kerl H. Clinicopathologic and immunologic
features associated with transformation of mycosis fungoides to large-cell
lymphoma. Am J Surg Pathol 1992; 16: 543-52.
22. Ralfkiaer E. Controversies and discussion on early diagnosis of cutaneous
T-cell lymphoma. Phenotyping Dermatol Clin 1994; 12: 329-34.
23. Vermeer MH, Geelen FA, Kummer JA et al. Expression of cytotoxic proteins by
neoplastic T cells in mycosis fungoides increases with progression from plaque
stage to tumor stage disease. Am J Pathol 1999; 154: 1203-10.
24. Smoller BR, Santucci M, Wood GS, Whittaker SJ. Histopathology and genetics
of cutaneous T-cell lymphoma. Hematol Oncol Clin North Am 2003; 17: 1277-311.
25. Karenko L, Hyytinen E, Sarna S, Ranki A. Chromosomal abnormalities in
cutaneous T-cell lymphoma and in its premalignant conditions as detected by
G-banding and interphase cytogenetic methods. J Invest Dermatol 1997; 108: 22-9.
26. LeBoit PE. Variants of mycosis fungoides and related cutaneous T-cell
lymphomas. Semin Diagn Pathol 1991; 8: 73-81.
27. Kazakov DV, Burg G, Kempf W. Clinicopathological spectrum of mycosis
fungoides. J Eur Acad Dermatol Venereol 2004; 18: 397-415.
28. Flaig MJ, Cerroni L, Schuhmann K et al. Follicular mycosis fungoides. A
histopathologic analysis of nine cases. J Cutan Pathol 2001; 28: 525-30.
29. van Doorn R, Scheffer E, Willemze R. Follicular mycosis fungoides, a
distinct disease entity with or without associated follicular mucinosis: a
clinicopathologic and follow-up study of 51 patients. Arch Dermatol 2002; 138:
191-8.
30. Cerroni L, Fink-Puches R, Back B, Kerl H. Follicular mucinosis: a critical
reappraisal of clinicopathologic features and association with mycosis fungoides
and Sezary syndrome. Arch Dermatol 2002; 138: 182-9.
31. Mielke V, Wolff HH, Winzer M, Sterry W. Localized and disseminated pagetoid
reticulosis. Diagnostic immunophenotypical findings. Arch Dermatol 1989; 125:
402-6.
32. Mackie RM, Turbitt ML. A case of pagetoid reticulosis bearing the T
cytotoxic suppressor surface marker on the lymphoid infiltrate: further evidence
that pagetoid reticulosis is not a variant of mycosis fungoides. Br J Dermatol
1984; 110: 89-94.
33. Haghighi B, Smoller BR, LeBoit PE et al. Pagetoid reticulosis
(Woringer-Kolopp disease): an immunophenotypic, molecular, and clinicopathologic
study. Mod Pathol 2000; 13: 502-10.
34. Drillenburg P, Bronkhorst CM, van der Wal AC et al. Expression of adhesion
molecules in pagetoid reticulosis (Woringer-Kolopp disease). Br J Dermatol 1997;
136: 613-6.
35. LeBoit PE. Granulomatous slack skin. Dermatol Clin 1994; 12: 375-89.
36. Wada K, Maesawa C, Satoh T et al. A case of primary cutaneous CD30+ T-cell
lymphoproliferative disorder with features of granulomatous slack skin disease.
Br J Dermatol 2002; 147: 998-1002.
37. LeBoit P, Burg G, Weedon D, Sarasin A (eds.). Tumors of the skin. Lion: WHO
IARC, 2005.
38. Vonderheid EC, Bernengo MG, Burg G et al. Update on erythrodermic cutaneous
T-cell lymphoma: report of the International Society for Cutaneous Lymphomas. J
Am Acad Dermatol 2002; 46: 95-106.
39. LeBoit PE. Lymphomatoid papulosis and cutaneous CD30+ lymphoma. Am J
Dermatopathol 1996; 18: 221-35.
40. Bekkenk MW, Kluin PM, Jansen PM et al. Lymphomatoid papulosis with a natural
killer-cell phenotype. Br J Dermatol 2001; 145: 318-22.
41. Boulland ML, Wechsler J, Bagot M et al. Primary CD30-positive cutaneous
T-cell lymphomas and lymphomatoid papulosis frequently express cytotoxic
proteins. Histopathology 2000; 36: 136-44.
42. Chang SE, Park IJ, Huh J et al. CD56 expression in a case of primary
cutaneous CD30+ anaplastic large cell lymphoma. Br J Dermatol 2000; 142: 766-70.
43. Drews R, Samel A, Kadin ME. Lymphomatoid papulosis and anaplastic large cell
lymphomas of the skin. Semin Cutan Med Surg 2000; 19: 109-17.
44. Bijl JJ, Rieger E, van Oostveen JW et al. HOXC4, HOXC5, and HOXC6 expression
in primary cutaneous lymphoid lesions. High expression of HOXC5 in anaplastic
large-cell lymphomas. Am J Pathol 1997; 151: 1067-74.
45. Willemze R. Cutaneous T-cell lymphoma: epidemiology, etiology, and
classification. Leuk Lymphoma 2003; 44 (Suppl. 3): S49-54.
46. Burg G, Kempf W, Cozzio A et al. WHO/EORTC classification of cutaneous
lymphomas 2005: histological and molecular aspects. J Cutan Pathol 2005; 32:
647-74.
47. Willemze R. Primary cutaneous lymphomas. Curr Opin Oncol 2000; 12: 419-25.
48. Willemze R, Meijer CJ. Rationale of a new classification for the group of
primary cutaneous lymphomas. Semin Cutan Med Surg 2000; 19: 71-7.
49. Cerroni L, Zochling N, Putz B, Kerl H. Infection by Borrelia burgdorferi and
cutaneous B-cell lymphoma. J Cutan Pathol 1997; 24: 457-61.
50. Goodlad JR, Davidson MM, Hollowood K et al. Primary cutaneous B-cell
lymphoma and Borrelia burgdorferi infection in patients from the Highlands of
Scotland. Am J Surg Pathol 2000; 24: 1279-85.
51. Suzuki T, Matsuo K, Ito H et al. A past history of gastric ulcers and
Helicobacter pylori infection increase the risk of gastric malignant lymphoma.
Carcinogenesis 2006; 27: 1391-7.
52. Kazakov DV, Belousova IE, Muller B et al. Primary cutaneous plasmacytoma: a
clinicopathological study of two cases with a long-term follow-up and review of
the literature. J Cutan Pathol 2002; 29: 244-8.
53. Cerroni L, Volkenandt M, Rieger E et al. bcl-2 protein expression and
correlation with the interchromosomal 14;18 translocation in cutaneous lymphomas
and pseudolymphomas. J Invest Dermatol 1994; 102: 231-5.
54. Willemze R, Meijer CJ, Scheffer E et al. Diffuse large cell lymphomas of
follicular center cell origin presenting in the skin. A clinicopathologic and
immunologic study of 16 patients. Am J Pathol 1987; 126: 325-33.
55. Vermeer MH, Geelen FA, van Haselen CW et al. Primary cutaneous large B-cell
lymphomas of the legs. A distinct type of cutaneous B-cell lymphoma with an
intermediate prognosis. Dutch Cutaneous Lymphoma Working Group. Arch Dermatol
1996; 132: 1304-8.
56. Geelen FA, Vermeer MH, Meijer CJ et al. bcl-2 protein expression in primary
cutaneous large B-cell lymphoma is site-related. J Clin Oncol 1998; 16: 2080-5.
57. Norton AJ. Classification of cutaneous lymphoma: a critical appraisal of
recent proposals. Am J Dermatopathol 1999; 21: 279-87.
58. Russell-Jones R. World Health Organization classification of hematopoietic
and lymphoid tissues: implications for dermatology. J Am Acad Dermatol 2003; 48:
93-102.
59. Goodlad JR, Krajewski AS, Batstone PJ et al. Primary cutaneous diffuse large
B-cell lymphoma: prognostic significance of clinicopathological subtypes. Am J
Surg Pathol 2003; 27: 1538-45.
60. Hallermann C, Kaune KM, Siebert R et al. Chromosomal aberration patterns
differ in subtypes of primary cutaneous B cell lymphomas. J Invest Dermatol
2004; 122: 1495-502.
61. Hallermann C, Kaune KM, Gesk S et al. Molecular cytogenetic analysis of
chromosomal breakpoints in the IGH, MYC, BCL6, and MALT1 gene loci in primary
cutaneous B-cell lymphomas. J Invest Dermatol 2004; 123: 213-9.
62. Grange F, Bekkenk MW, Wechsler J et al. Prognostic factors in primary
cutaneous large B-cell lymphomas: a European multicenter study. J Clin Oncol
2001; 19: 3602-10.
63. Heinzerling LM, Urbanek M, Funk JO et al. Reduction of tumor burden and
stabilization of disease by systemic therapy with anti-CD20 antibody (rituximab)
in patients with primary cutaneous B-cell lymphoma. Cancer 2000; 89: 1835-44.
|
|
| © Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster |