| начало :: поиск :: подписка :: издатели :: карта сайта | |
| Том 07/N 1/2005 | ПАНКРЕОНЕКРОЗ |
В
ажным элементом профилактики и лечения системной гиперферментемии в ранние сроки развития панкреонекроза (ПН) является подавление внешнесекреторной деятельности поджелудочной железы с использованием фармакологических свойств препаратов соматостатина (ПС) или его синтетических аналогов [1–7]. Патогенетическое применение ПС обосновано снижением базальной и стимулированной секреции поджелудочной железы, желудка и тонкой кишки, регуляцией активности иммунной системы, цитокиногенеза, спланхнического кровотока и цитопротективным действием этих препаратов [8–10].Таблица 1. Этапы исследования оценки эффективности ПС в комплексном лечении больных ПН
|
Этап |
n |
Цель исследования |
Период |
Характеристика групп больных |
|
1-й |
71 |
Сравнительная оценка результатов применения ПС в однородных по категории тяжести группах больных ПН |
1994–1997 гг. |
1-я группа (n=24); 2-я группа исторического контроля (n=47) |
|
2-й |
45 |
Сравнительная оценка результатов применения ПС в однородных по критериям отбора, хирургической тактике и категории тяжести группах больных ПС |
1994–1998 гг. |
1-я группа (n=25); 2-я группа проспективного контроля (n=20) |
|
3-й |
87 |
Проспективная оценка эффективности ПС в комплексном лечении больных, однородных по критериям отбора, хирургической тактике, методике антибактериальной профилактики и терапии и категории тяжести группах больных ПН |
1994–2000 гг. |
1-я группа (n=43); 2-я группа проспективного контроля (n=44) |
Таблица 2. Характеристика вариантов лечебных мероприятий при ПН
|
Показатель |
Группа больных |
|
|
ПС (n=43) |
без ПС (n=44) |
|
|
Число оперированных больных |
34 (79) |
31 (73)* |
|
Число оперированных больных в программируемом режиме |
22 (65) |
11 (25)* |
|
Методы дренирующих операций: |
||
|
открытые |
23 (68) |
13 (42)* |
|
закрытые |
11 (32) |
18 (58)* |
|
Режимы антибактериальной профилактики и терапии |
||
|
Аминогликозиды и полусинтетические пенициллины, цефалоспорины I–II поколений |
6 (14) |
30 (68)* |
|
Фторхинолоны или цефалоспорины III–IV поколений (во вторую очередь) |
18 (42) |
13 (30) |
|
Карбапенемы и фторхинолоны или цефепим (в первую очередь) |
19 (44) |
1 (2)* |
|
Примечание. * – p<0,05. В скобках – проценты. |
||
Частота экстраабдоминальных осложнений панкреонекроза в основной и контрольной группах больных.

Характеристика групп больных ПН
в зависимости от совокупности приведенных
обстоятельств комплексного лечения
представлена в табл. 2.
Установлено, что в группе больных,
получавших терапию ПС, в структуре
хирургических вмешательств преобладал
метод программируемых некр-секвестрэктомий
в условиях открытой ретроперитонеостомы.
В такой ситуации применение ПС
назначали с учетом его фармакологических
характеристик, имеющих своей целью
создание “функционального покоя”
поджелудочной железы при многократных
этапных вмешательствах, направленных на
профилактику местных и системных
осложнений. Длительность терапии ПС
составляла 4–15 сут, в среднем – 8 сут. В
группе пациентов, которым выполнены лишь
лапароскопическая санация и дренирование
брюшной полости, продолжительность терапии
ПС была меньше в среднем на 3 сут. В основной
группе 86% больных получали
оптимизированную антибактериальную
профилактику и терапию, а в группе
клинического сравнения – 32% (p<0,05).
Анализ структуры полиорганных
нарушений показал, что назначение ПС
позволяет в одинаковые сроки интенсивной
терапии достигнуть достоверного снижения
степени их выраженности за счет
преимущественного устранения критических
расстройств системной гемодинамики,
ликвидации почечной и кишечной
недостаточности (см. рисунок).
Показатели длительности
стационарного лечения и сроков пребывания
в отделении реанимации и интенсивной
терапии в группах существенно не
различались.
Общая летальность в сравниваемых
группах больных (p=0,03) составляла в основной
группе 23%, в группе сравнения – 48%.
Аналогичная закономерность выявлена и
среди оперированных пациентов,
соответственно 29 и 61% (p=0,02). Анализ
послеоперационной летальности в
зависимости от вариантов лечебной тактики
показал, что наиболее значимый эффект
терапии ПС с достоверным ее снижением от 69
до 30% достигнут при рациональном
использовании тактики этапных
вмешательств у больных с распространенными
формами ПН в сочетании с оптимизированной
антибактериальной профилактикой и
терапией. При этом “ранняя” смертность (10
сут госпитализации) вследствие быстро
прогрессирующей полиорганной
недостаточности в сравниваемых группах
существенно не различалась. В наиболее
типичный для развития инфицированных форм
ПН период (более 2 нед заболевания) в
основной группе больных летальность была
минимальной (18%) и достоверно отличалась от
группы клинического сравнения (56%; p=0,005).
Исследования оценки
эффективности вариантов комплексного
лечения позволяют рекомендовать
назначение ПС (соматостатин, октреотида
ацетат) в качестве единого стандарта
программы основных лечебных мероприятий
при ПН в комбинации со следующими режимами
антибактериальной терапии:
• фторхинолон (ципрофлоксацин,
пефлоксацин, левофлоксацин + метронидазол);
• защищенный цефалоспорин III
поколения (сульперазон);
• цефалоспорин IV поколения (цефепим
+ метронидазол);
• карбапенем (имипенем/циластатин,
меропенем).
Литература
1. Затевахин И.И., Щеглов А.А. Применение
октреотида в хирургической
гастроэнтерологии. Методические
рекомендации. М., 2000; 16.
2. Лаптев В.В. Блокаторы панкреатического
биосинтеза в лечении токсической фазы
деструктивного панкреатита (клинико-экспериментальное
исследование). Автореф. дис... д-ра мед. наук.
М., 1998; 45.
3. Нестеренко Ю.А., Лаптев В.В., Михайлусов С.В.
Диагностика и лечение деструктивного
панкреатита (издание 2-е). М.: ООО “БИНОМ-ПРЕСС”,
2004; 304.
4. Савельев В.С., Гельфанд Б.Р., Филимонов М.И.,
Бурневич С.З. Анналы хирургии. 1999; 1: 18–22.
5. Fiedler F, Jauernig G, Keim V et al. Intensive Care Med 1996; 22: 909–15.
6. Kitagawa M. Pancreas 1998; 16 (3): 427–31.
7. McKay C, Baxter J, Imrie CA. Int J Pancreatology 1997; 21: 13–9.
8. Luengo L, Vicente V, Gris F. Int J Pancreatol 1994; 15: 139–44.
9. Paran H, Mayo A, Paran D et al. Dig Dis Sci 2000; 45: 2247–51.
10. Uhl W, Buchler MW, Malfertheiner P et al. Gut 1999; 45: 97–104.
11. Dervenis C, Johnson CD, Bassi C. Int J Pancreatology 1999; 25 (3):
195–210.
12. Mayumi T, Ura H, Arata S et al. J Hepatobiliary Pancreat Surg 2002; 9:
413–22.
13. Nathens AB, Curtis JR, Beale RJ, Cook DJ et al. Crit Care Med 2004; 32 (12):
2524–36.
14. Andruilli A, Leandro G, Clemente R et al. Aliment Pharmacol Ther 1998; 12
(3): 237–45.
15. Гельфанд Б.Р., Бурневич С.З., Орлов Б.Б.
Тезисы докладов VI Российского
национального конгресса “Человек и
лекарство”. М., 1999; 137.
16. Савельев В.С., Гельфанд Б.Р., Филимонов М.И.
и др. Анналы хирургической гепатологии. 2000; 5
(2): 61–7.
17. Савельев В.С., Гельфанд Б.Р., Филимонов М.И.
Анналы хирургии. 2000; 2: 12–6.
18. Савельев В.С., Филимонов М.И., Бурневич С.З.
и др. Там же. 2003; 2: 51–6.
19. Савельев В.С., Филимонов М.И., Бурневич С.З.
Там же. 2003; 3: 30–5.
20. Golub R, Siddigi F, Pohl D. J Gastrointest Surg 1998; 2: 496–503.
21. Sharma VK, Howden CW. Pancreas 2001; 22: 28–31.
|
|
| © Издательство Media Medica, 2000. Почта :: редакция, webmaster |